Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 4, страница 6 – Миф Базаров

И ещё одно я взвесил, глядя, как тает в траве последняя туша.

Тот, кто держал ментально взвод разведчиков — свой, из ордена. Он работал с расстояния и к машинам не подходил. Сделал дело и ушёл. Назад, в крепость, а оттуда через портал дальше. Ушёл ещё вчера.

У него были почти сутки форы. Да, это много, но след пока тёплый: журналы, ворота, портальные записи, дежурные смены. Ещё день — и всё это затрётся, забудется, перепишется.

Надо спешить, допросить свидетелей.

Дорогие Друзья!

Не забываем добавлять книгу в библиотеку и нажимать на сердечки. Вам не тяжело, а автору плюс в карму.

https://author.today/work/623815

Спали этой ночью только раненые разведчики и то не все, остальные уже вторые сутки на ногах. Солнце выкатилось из-за хребта часов в пять, разгоняя ночь, и Захар, не дожидаясь, пока сойдёт роса, ушёл к машинам. Я спустился следом.

— За сколько соберёшь?

— Часов за шесть, — он оглядел сломанные вездеходы. — Может, за семь.

— Долго. К воротам надо подойти засветло и с запасом, значит, выезжать не позже полудня. Что успеешь собрать к одиннадцати, на том и поедем. Если не успеешь, то бросаем железо и идём пешком.

— Успею, — сказал Захар и полез под кузов.

Чтобы у него получилось наверняка, я развязал двоих водителей. Дал каждому по глотку эликсира первой помощи и отправил к машинам — помогать. Зла на этих двоих я не держал, движки они курочили не своей волей, под чужим поводком, а с исполнителя чужого приказа спрос невелик. Зато в армейском железе оба разбирались получше нас с Захаром вместе взятых.

Работа у них закипела. Служаки знали своё дело: один снимал уцелевший узел с мёртвого вездехода, второй тянул подходящий с раздавленной сектантской машины. Захар прикидывал, подгонял и ставил. Я в это не лез. Моё дело — следить за периметром и охранять.

Источник за ночь практически не подрос, и я тратил его скупо. Скан кидал вполсилы, по периметру, раз в несколько минут. Твари не приближались.

А вот левое предплечье под обгоревшим рукавом начало мешать, время от времени напоминая о себе болью. Лечить себя — дело последнее, когда этот источник и так у дна.

Мария заметила мои невольные гримасы и подошла. За плечом армейский карабин.

— Покажи руку.

Спорить я не стал и закатал рукав. Она села рядом, ощупала моё предплечье. Осторожно, не желая причинить лишней боли. От пальцев Маши по коже пошло ровное тепло, корка размягчилась и начала стягиваться. Работала напарница молча, не спеша, и я поймал себя на том, что не тороплю. Сидел и смотрел, как под её ладонями сходит с руки ожог.

— Источник ожил?

— Да, минуту назад дополз до краёв. Я перешла на пятый.

— Поздравляю.

— Спасибо, — девушка улыбнулась и посмотрела мне в глаза. — Дальше само заживёт.

Она напоследок провела пальцем по свежей розовой коже, проверяя работу, и убрала руки.

— Карабин-то чего таскаешь? Тяжёлый ведь.

— Понравился, — Мария повела плечом, поправляя ремень. — Бьёт ровно, и зажигательные к нему, штука хорошая.

Я посмотрел на напарницу, признавая, что Черкасова права. Револьвер хорош в городе, в тесноте, где всё решается в упор. А против тварей, что прут волнами из темноты, нужен ствол с магазином, а то и дробовик. Сегодняшняя ночь показала это лучше любого наставления. Вернёмся — займусь.