Книга Взгляд из-подо льда, страница 71 – Наталия Коротаева

— Площадь Согласия, Люсель, ты слышала? – обратился к Люсель Стефан, его голос исходил, словно он стоял не сзади нее.

Люсель испуганно обернулась. Стефан стоял перед ней на коленях и держал в руке кольцо.

— Люсель, или лиши меня головы прямо здесь, или согласись быть моей женой, – произнес Стефан на одном дыхании, чуть выше приподняв кольцо.

Люсель засмущалась, увидев, как вся толпа, улыбаясь, смотрела на пару, предвкушая ответ.

— Я согласна. Официально согласна стать твоей женой! – ответила Люсель, и все кругом поддержали ее ответ бурными аплодисментами.

Стефан встал с колена и, достав из кармана телефон, дал его первой попавшейся девушке, стоявшей сбоку.

— Сфотографируйте, пожалуйста, нас в моменте, как моя жена официально согласилась стать моей женой, милосердно помиловав меня, – и обнял Люсель, крепко прижав к себе. Молодые люди захохотали и вместе с ними – толпа туристов. В тот момент, похоже, они оба были по-настоящему счастливы.

У Стефана сжималось сердце, когда он смотрел на их с Люсель фотографию, сделанную в тот самый момент. Рядом стояла свадебная фотография.

Стефан встал со стула, чувствуя всю тяжесть в своей душе, обременяющую его, будто лежащую на самих плечах, придавливающую его к полу. Для него стало понятным то, что он не поддастся сковавшему его отчаянию ради той улыбки Люсель, которую он умел вызывать на ее лице и которая навсегда была запечатлена в его сердце, отзываясь, словно в зеркале, на фотографиях, которых было достаточно в доме.

Он взял с кухонной столешницы лежавший на ней пакет и принялся ходить по дому, собирая скопившийся мусор. Становилось заметно чище. Полночи убираясь дома и даже кое-как помыв полы, он достал из холодильника замороженные колбаски и квашеную капусту. И приготовил впервые за долгое время себе свой холостяцкий ужин, поел и отправился спать.

Проснувшись утром следующего дня, Стефан решил, что он найдет в телефоне Люсель номер той девушки, с которой она в последнее время общалась, готовя выставку, и возьмет у нее фотографии картин, сделанные нанятым фотографом для разработки подарочных открыток в честь предстоящей выставки для ее посетителей.

В стены здания управления полиции вошел Джон Рихтер во время, обговоренное с офицером Германом Швиршем, спустя неделю после того, как в его мюнхенской квартире появился сержант. Одетый с иголочки, выглядевший безупречно, с очками в тонкой оправе, молодой человек прошел чуть вглубь здания и остановился у информационной доски. Через некоторое время к нему подоспел Герман Швирш и провел в свой кабинет.

Когда оба мужчины вошли, за столом офицера уже сидел Франц Бебель.

— Здравствуйте, – произнес вставший из-за стола.

— Добрый день, – откликнулся на приветствие молодой человек, широко улыбнувшись.

— Присаживайтесь, господа, – взял на себя инициативу офицер, проходя к своему столу и призывая собеседников сесть.

Все трое заняли каждый свое место. Офицер сел за центральный стол, Джон Рихтер и Франц Бебель за перпендикулярный стол друг напротив друга.

Герман достал из папки, лежавшей перед ним, лист.

— Джон, с вами мы познакомились по телефону, а это, – указывая на Бебеля, – познакомьтесь, Бебель Франц, корреспондент, активно сотрудничает с полицией и в настоящее время собирает материал для статьи на тему самостоятельной жизни выпускников приютов. Мы пригласили вас выборочно, как и многих других приглашаем узнать, как проходит ваша адаптация после выпуска из приюта, – сказал Герман.