Книга Взгляд из-подо льда, страница 109 – Наталия Коротаева

Подкравшись к ванной, Эван левой рукой переложил нож в правую, взяв его обратным хватом, вошел в ванную, очутился сзади наклоненной Адрианы. Зажав плотно левой рукой ей рот, опередил ее брыкания, тут же ударил ее ножом в область живота. Адриана издала глухой стон, и небольшие конвульсии, сдерживаемые Эваном, прекратились совсем скоро. Эван не вытаскивал нож, а крепко держал его за рукоятку, упершись. Секунд 30 спустя он опустил тяжелую обездвиженную Адриану в ванну. Она упала туда, согнувшаяся, с еще торчащим в животе ножом. Кровь начала сочиться, и Эван, наклонившись, вытащил нож и бросил сверху. Вытянувшись в полный рост, он встряхнул плечами и шеей, затекшими от тяжести.

Немного передохнув, продышавшись и восстановив участившееся дыхание, Эван склонился над Адрианой, истекающей кровью. Он снова взял в руки нож и, подцепив рваную рану, вспорол кожу вдоль всего живота и прислонил ее к борту ванны.

Тело было тяжелое, поэтому не «сидело». Эван сходил на балкон и принес бельевую веревку. Срезав с Адрианы всю одежду, он посадил ее к борту ванны, а чтобы та не сползала, привязал ее запястья к кронштейну для душа на расстоянии вытянутых рук, отрегулировав длину веревки так, чтобы вес приходился больше на низ туловища, и кронштейн выдержал нагрузку. Эван оставил так тело, сделав несколько надрезов на ее запястьях, бедрах и икрах, и включил душ, чтобы кровь уходила в слив. Отжав одежду Адрианы, он положил ее в стиральную машину вместе с полотенцем, об которое вытер руки и нож, и включил машину.

Затем, вымыв нож на кухне в раковине, Эван убрал его на место в подставку.

Он вернулся в ванную. Опустив крышку унитаза, он сел на нее и глядел на истерзанное тело. Адриана казалась ему прекрасной. Кроваво-багровые разводы быстро стекали с прекрасного тела под струями воды и далее по белой ванне в слив. Эван сидел, и вдруг все как-то стало тише, глуше, медленнее, вода где-то вдалеке разбивалась о поверхности, внимание рассеялось, все кругом стало размытым, и Эвану нравилось такое состояние: нет никаких чувств, желаний, размышлений, все тихо и спокойно, и ему хорошо. Перед глазами один размытый красный цвет. Его транс прервал ударивший в нос запах железа. Фокус зрения вернулся, он заморгал и, глядя на привязанные к кронштейну руки Адрианы, вернулся мысленно обратно, туда, где находилось его тело, вспомнив вдруг о маме, о том, как безуспешно пытался спасти ее, снимая с крюка люстры. Он резко встал и вышел из ванной, закрыв дверь.

Взяв из ящика под столешницей новый мусорный мешок, Эван принялся складывать вещи Адрианы. Вещей было совсем немного, только то, что они успели купить в Мюнхене по необходимости. Из больницы Адриана ничего не забрала. Проверив как следует все ящики и стараясь сильно ими не шуметь, чтобы не привлекать внимание соседей, он сложил все очень аккуратно. Пакет получился не полностью наполненным, Эван оставил его, не завязав, в углу кухни.

Зайдя опять в ванную, Эван выключил воду и снова вышел. Обувшись и накинув плащ, он направился на улицу, закрыл входную дверь на все замки.

Пройдя несколько кварталов, дыша свежим воздухом, он неторопливо вошел в супермаркет, взял при входе тележку на колесах, прошел в зону товаров. Пройдя стенд с акционными товарами, расположенный при входе, и отделы для детей с памперсами, одеждой, игрушками, журналами и прочей ерундой, он повернул чуть дальше влево, в отдел с бытовой химией. Положил в тележку перчатки для уборки, тряпку для мойки пола, чистящие средства с хлором и влажные салфетки, затем прошел в соседний пролет – в отдел с принадлежностями для спорта и отдыха. Эван, не сразу выбрав, положил в корзину небольшой пакет углей, жидкость для розжига костра и высокие резиновые сапоги своего размера. Затем направился дальше мимо бакалеи и алкоголя. Дойдя до полок с фруктами и овощами, он взял бумажный пакет и наполнил его доверху лимонами. Тут же на другой стороне, подойдя к стенду с приправами, он взял пакетик с карри, с кориандром, паприкой, розмарином, тимьяном и орегано и закинул их в корзину. В отделе с консервами он взял пару банок тунца и в выпечке захватил багет свежеиспеченного хлеба. Расплатившись на кассе, он направился домой. По пути он забронировал на утро машину в каршеринге.