Книга Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами, страница 69 – Питер Вронский

Поймали Мэри Энн Коттон только потому, что она попыталась спровадить одну из жертв, еле живую, в работный дом. Когда та умерла, заподозривший неладное врач установил факт отравления мышьяком, и 18 июля 1872 года Коттон арестовали. Суд над ней пришлось отложить, так как она была беременна. Находясь в тюрьме, Коттон родила дочь и наконец, 5 марта 1873 года, предстала перед судом. Ее судили за убийство одного человека и уже 24 марта казнили.

История Коттон была широко известна, о ее злодеяниях ходили даже детские стишки:

Мэри Энн Коттон

Умерла и сгнила.

Лежит она в могиле,

Широко открыв глаза. [sic]

Правила страхования похорон, более совершенные способы выявления ядов и контроль над продажами мышьяка даже в розничной торговле – после суда над Мэри Энн Коттон было сделано немало, чтобы резко сократить число, так сказать, отчаявшихся отравителей-дилетантов. Но все это не могло остановить женщин, полных холодной решимости убивать.

В 1884 году в Ливерпуле двум сестрам, пятидесятипятилетней Кэтрин Фланнэген и сорокаоднолетней Маргарет Хиггинс, вынесли приговор по одному делу – их признали виновными в убийстве Томаса Хиггинса, мужа Маргарет. Сестры исхитрились застраховать его в пяти разных похоронных клубах на общую сумму 108 фунтов стерлингов. Потом они придумали, как вымачивать пропитанные мышьяком липучие ленты от мух, которые можно было свободно купить, и извлекать из них достаточно мышьяка для смертельной дозы. Брат Хиггинса, по всей видимости, был в курсе, что его невестки наживаются за счет оформления страховок своим соседям по трущобам, у которых то и дело кто-то умирал – совершенно внезапно, но как нельзя более кстати для двух сестер. После смерти брата он обратился в полицию, и сестры пустились в бега. Перед побегом Кэтрин Фланнэген велела дочери убрать и уничтожить ее фотографию, стоявшую в рамке у той дома. Беглянок поймали, и в процессе расследования выяснилась их причастность к убийству, помимо Томаса Хиггинса, еще восьми человек, включая Мэри Хиггинс, падчерицу Маргарет, Джона Фланнэгена, мужа Кэтрин, а также квартировавшую у Фланнэгенов женщину с отцом. Но судили и казнили их только за отравление Томаса.

Существовали и другие формы серийного убийства, отсылающие к таким явлениям, как «детские фермы» и «детская потливость». Если мать по какой-либо причине не могла оставить у себя новорожденного, его можно было неофициально отдать на «детскую ферму» – женщинам, которые за небольшую плату принимали младенцев и обещали о них заботиться. Нередко случалось, что детей там попросту убивали или морили голодом и не ухаживали за ними, продолжая при этом брать плату. Под «детской потливостью» понимали убийство младенца с ведома матери, о котором порой договаривались еще в период беременности. У новорожденного просто якобы начиналось сильное потоотделение[18], и больше его никто никогда не видел.

После «голодных сороковых» пришло новое поколение отравительниц, не похожее на своих старших «сестер». Водораздел между 1840 и 1850 годами проложила профессиональная медсестра Флоренс Найтингейл, самая известная женщина Великобритании в Викторианскую эпоху после королевы Виктории. Ее стараниями бессистемная медсестринская помощь, оказываемая женщинами, превратилась в уважаемую профессию, требующую специальной подготовки. Она блестяще организовала героическую работу медсестер во время Крымской войны 1854–1857 годов, усилиями тридцати восьми медсестер-добровольцев значительно сократив потери британской армии.