Книга Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами, страница 65 – Питер Вронский

Алкоголичка Элиза Джойс предстала перед судом в июле 1843 года, ее обвиняли в покушении на убийство пасынка, имевшее место в сентябре 1842 года. Подозрение Элиза вызывала не в первый раз. Суд уже расследовал смерть ее полуторагодовалой падчерицы в октябре 1841 года и трехнедельной дочери в январе 1842 года. Следов мышьяка экспертиза тогда не выявила, и Джойс была оправдана. Семья, однако, порвала с ней отношения, и, промыкавшись около года в работном доме еще с одним маленьким ребенком, она не выдержала и призналась, что поила своих детей большими дозами лауданума. Это широко известный препарат на основе опиума, который назначали и взрослым, и детям как болеутоляющее и успокоительное средство при многих заболеваниях, начиная от простуды и заканчивая менингитом и сердечными недомоганиями. 2 августа 1844 года Элиза Джойс была повешена на глазах у пятитысячной толпы.

Дело двадцатидевятилетней Сары Фриман, казненной в 1845 году, очень похоже на истории женщин-серийных убийц XX века, которые годами убивали своих домочадцев без всякой реакции со стороны властей. На протяжении тринадцати месяцев Фриман отправила на тот свет незаконнорожденного семилетнего сына, мужа, мать и брата.

Имея за плечами семилетнюю школу, она была по тем временам относительно неплохо образована, но, по всей видимости, страдала каким-то расстройством личности. По словам близких, она отличалась дикой вспыльчивостью, за что родители даже выставили ее из дома.

Сара зарабатывала проституцией и родила двух внебрачных детей. В 1840 году она вышла замуж за рабочего Чарльза Фримана, которого в скором времени отравила, а следом отправила на тот свет и сына, получив за них двадцать фунтов стерлингов от похоронного клуба, в который она их записала. На эти деньги она открыла маленький магазинчик и вернулась в дом к родителям и братьям. После очередной гневной вспышки они снова попросили ее съехать. Тогда она решила сжить со свету свою мать, а потом и одного из братьев. Только после четвертой смерти врач отправил на экспертизу желудок и кишечник Чарльза Фримана, где были обнаружены большие дозы мышьяка.

В прессе широко обсуждался тот факт, что коронер не проводил никакого расследования, хотя было совершенно очевидно, что члены семьи умирали один за другим при одинаковых обстоятельствах. Коронерскую службу обвиняли в том, что она экономит на проведении экспертизы ценой жизни простых рабочих. Сару Фриман судили только за последнее убийство, и, когда ее приговорили к смертной казни, она стала во всеуслышание проклинать суд и присяжных. Казнили ее 23 апреля 1845 года, зрелище собрало около десяти тысяч зрителей.

Мэри Энн Милнер обвинялась в отравлении свекрови и невестки. Она предстала перед судом в июле 1847 года и была признана виновной в убийстве невестки. В ходе суда она также призналась, что убила малолетнюю дочь своей невестки, накормив ее хлопьями, сдобренными мышьяком. Пострадал и свекор, которому Милнер приготовила и подала отравленный рисовый пудинг. Мужчина выжил, но ему диагностировали стойкое повреждение головного мозга. Подсудимая отставала в интеллектуальном и психоэмоциональном развитии, с трудом читала и писала. Было очевидно, она не ладила с родственниками. Она покончила жизнь самоубийством 29 июля, накануне исполнения смертного приговора.