Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 279 – Джон Сан

Эш остался один.

На полоске льда шириной в сорок сантиметров. Лицом к лицу с кошмаром, который не умел умирать.

Расстояние сократилось до двадцати метров. Жар от реактора Т-800 начал растапливать лед под ногами Эша, делая карниз еще более скользким. Вода тут же покрывалась тончайшей пленкой.

Эш прижался спиной к черной гранитной стене. Здоровой правой рукой он с невероятным, нечеловеческим усилием снял с плеча ремень тяжелой антиматериальной винтовки «Геката II».

Четырнадцать килограммов мертвого, холодного металла потянули его вниз, грозя нарушить баланс. У него не было левой руки, чтобы поддержать длинное, тяжелое цевье. Стрелять из такой винтовки с одной руки, стоя на узком карнизе, в условиях штормового ветра, было физиологическим и баллистическим безумием. Отдача патрона.50 BMG ломает ключицы даже тренированным снайперам, стреляющим лежа с сошек.

Но выбора не было. Это был его последний аргумент.

Эш стиснул зубы так, что эмаль угрожающе хрустнула. Он опустил ствол вниз, с силой, вложив весь вес своего тела, вбив массивный, зазубренный дульный тормоз прямо в лед карниза перед своим правым ботинком. Лед треснул, но удержал металл.

Затем Эш зажал приклад винтовки между холодной скалой, своим боком и обугленной, пульсирующей культей левой руки. Он буквально превратил собственное измученное, переломанное тело в живой станок для артиллерийского орудия. Мышцы спины взвыли от немыслимого напряжения.

Он прильнул воспаленным правым глазом к голографическому оптическому прицелу.

Пятнадцать метров.

Инквизитор надвигался. Жар от его открытого реактора ударил Эшу в лицо, принося с собой тошнотворный запах горелой меди, машинного масла и плавящегося льда. Машина занесла свою единственную, уцелевшую правую руку, оканчивающуюся тупыми, но смертоносными стальными фалангами, для удара, способного проломить гранитную скалу.

В оптическом прицеле красный, пылающий глаз Т-800 заполнил всё пространство.

Эш не стал наводить перекрестие в голову. Расплавленный, деформированный хром черепа просто срикошетит тяжелую пулю, как это уже бывало.

Он опустил прицел ниже. Точно в зияющую, искрящую синим светом дыру в груди терминатора. Туда, где пульсировал незащищенный термоядерный реактор, лишенный магнитных ловушек.

Десять метров. Вокодер машины снова издал визгливый скрежет.

Эш плавно, стараясь не сбить баланс тела, положил указательный палец на тяжелый, ребристый спусковой крючок и потянул его на себя.

Б-У-У-М.

Грохот выстрела крупнокалиберной винтовки в узком ледяном желобе был чудовищным. Он не просто оглушил — он ударил по внутренним органам. Огромный дульный тормоз изверг в стороны ослепительное облако раскаленных пороховых газов, мгновенно испарив снег вокруг.

Отдача ударила Эша с силой врезавшегося на полном ходу грузовика.

Его тело, лишенное нормальной точки опоры и баланса двух рук, сработало как хрупкий амортизатор. Жесткий полимерный приклад винтовки с тошнотворным, громким хрустом вмялся в его правое плечо, ломая ключицу в двух местах. Боль была такой ослепительной, белой и всепоглощающей, что Эш на секунду потерял сознание прямо стоя, его мозг просто отключился от перегрузки нервной системы.

Кинетический удар отбросил его назад. Ботинки соскользнули с обледенелого карниза.