Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 127 – Сергей Орлов

Его тут же наперебой поддержали остальные мэтры. Поднялся волнистый, возмущённый гул. Оценщики стали брезгливо переглядываться и демонстративно отворачиваться обратно к своему столу, всем видом демонстрируя, что разговор окончен и какому-то хмельному ссыльному мальчишке здесь делать больше нечего.

— В самом деле, припёрся неизвестно кто и учит настоящих мастеров! — проворчал сухонький, брезгливо поджимая губы.

— Своих дел по горло, а мы тут с каждым встречным возиться должны! — подхватил сосед и демонстративно отвернулся к окну.

А потом за их спинами тяжело скрипнуло кресло.

Звук был негромкий, но все разговоры за стойкой мгновенно срезало. Шестеро экспертов обернулись как по команде. На их лицах читался настоящий испуг, потому что старый Мозырь без крайней нужды со своего места не вставал вообще никогда.

Поднимался он тяжело и неторопливо: сначала подобрал под себя ноги, потом навалился обеими узловатыми руками на набалдашник трости, выдавил себя вверх — и только после этого двинулся к прилавку.

Шёл медленно, зато оценщики освободили ему дорогу задолго до того, как он до них добрался.

Остановился он вплотную, так что я мог бы пересчитать волоски у него в бровях. Ноги сами просились назад на полшага, но не позволил себе этого сделать. Старик вскинул голову и уставился мне в лицо.

Разглядывал долго, прищурившись и поводя седой головой, будто наводил резкость.

— Обычные артефакты — это ерунда… — протянул он наконец скрипучим голосом. — Оцени-ка лучше мою вещицу…

Он легко стянул с указательного пальца массивный перстень.

И вот тут началось самое интересное…

Сухонький оценщик дернулся так, будто ему под ноги бросили взведенную гранату. Он с грохотом выронил на пол какую-то мелкую металлическую хрень, сипло выдавил: «Мозырь Наумыч, да вы что…» — и тут же захлебнулся собственным воздухом, так и не договорив.

Коробьин вылупился на темный металл с таким видом, словно старик без предупреждения оттяпал себе палец и вывалил эту кровавую культю прямо на стол. Остальные четверо экспертов мгновенно вытянулись в струнку и онемели. За столом установилась мёртвая тишина.

Что за артефакт мне подсунули, я не знал. Зато перепуганные рожи оценщиков читались без всякого дара: похоже, мне подсунули задачку со звёздочкой.

Тем временем старик сухоньким пальцем подтолкнул металл ближе к моему краю.

— Ну давай… смотри.

Перстень выглядел уродливо. Тяжёлый, тёмный, с плоским щитком без камня и герба, от которого осталась лишь стёртая оспина.

Я наклонился над столом и въелся взглядом в это серебро.

Оно прочиталось сразу, буквально с первого же касания моим Даром. Металл паршивый, с дешёвой примесью, работа явно не столичная, а какой-то глухой провинциальной мастерской. Век с небольшим, от силы полтораста лет от роду. Герб сбит чьим-то тяжёлым ударом. Самая обычная, заурядная родовая железяка, каких по сундукам в любой губернии валяется сотнями.

И вот этот легкий ответ меня сразу насторожил.

Человек такого масштаба, как Мозырь, не стал бы вставать с кресла, чтобы подсунуть ссыльному парню рядовую дворянскую безделушку. В перстне явно сидела глубокая маскировка, которая выдавала его за дешевку, и старик проверял, смогу ли я пробить этот блок.

Я сбросил поверхностный фокус и въелся в металл на полную катушку.