Книга Восхождение Морна. Том 5, страница 105 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Так что в таком состоянии Марек не столько союзник, сколько снаряд без предохранителя. Стоит направить его в сторону Нижнего Города, и он пойдёт напролом, через любое количество людей, до тех пор, пока не найдёт Надежду или пока его не остановят. И учитывая, что останавливать его придётся бойцу ранга А с ватагой за спиной, шансы на второй вариант были удручающе высоки.

Серафима стояла чуть позади и молчала. Ни вопросов, ни порывов, ни попыток действовать самостоятельно. Просто стояла и ждала, пока я приму решение. Ещё вчера на её месте уже расцветал бы хаос, а сегодня она смотрела на меня и ждала приказа, и это было лучшим доказательством того, что недавний разговор не прошёл впустую.

— Марек, — я постарался сохранять невозмутимость. — Мне нужно, чтобы ты сейчас сделал кое-что для меня.

Он чуть подался вперёд, готовый сорваться с места по первому слову.

— Вы с Серафимой идёте в Нижний Город и находите Турова. Мне нужно знать, где именно он засел, сколько людей внутри, входы-выходы, где могут держать заложников. Только наблюдение, Марек. Никаких контактов, никаких столкновений. Посмотрели, запомнили, вернулись.

Тишина длилась ровно две секунды, и за эти две секунды я увидел, как на лице Марека сменилось несколько выражений, ни одно из которых не задержалось дольше мгновения. Сначала облегчение, что есть чёткий приказ, потом понимание того, что именно я приказал, и наконец — протест, который поднялся откуда-то из глубины и упёрся в стиснутые зубы, не сумев прорваться наружу.

Он не стал спорить. Не потому что был согласен, а потому что за годы службы привычка выполнять приказ въелась в него глубже любой эмоции. Но глаза говорили то, что рот не произнёс: сейчас он больше всего на свете хотел быть там, где Надежда, хотел ломать двери и крушить черепа, а не ползать по подворотням, высчитывая количество людей у наших врагов.

Я поймал его взгляд и выдержал, не отводя глаз, потому что сейчас Мареку нужна была не мягкость и не объяснения, а каменная стена, о которую можно опереться, вместо того чтобы биться об неё головой.

— Марек, ты лучше меня знаешь, что бывает, когда люди идут вытаскивать заложников на эмоциях. Туров не дурак, он ждёт именно этого: что кто-нибудь ворвётся, начнётся хаос, и в этом хаосе заложники станут разменной монетой. Если мы хотим вернуть Надю живой, а мы хотим, то действовать надо с холодной головой. Ты меня понимаешь о чём я говорю, капитан?

Марек знал, что я прав. Знал это лучше меня, потому что за свою жизнь повидал достаточно, чтобы понимать цену горячности. Просто одно дело понимать головой, и совсем другое — принять, когда речь идёт о человеке, который тебе очень дорог.

Кулаки сжались и медленно разжались, будто он физически отпускал что-то, что держал изо всех сил.

— Я вас понял, наследник. Всё будет сделано.

Он развернулся и зашагал к выходу. Я подождал, пока он отойдёт на десяток шагов, и повернулся к Серафиме, понизив голос.

— Если он начнёт терять контроль — останови. Любой ценой.

Серафима посмотрела на меня и коротко кивнула, будто ждала именно этих слов. Она поняла, что я имел в виду, и поняла куда больше, чем просто «присматривай за ним». Я доверял ей решение, которое касалось жизни другого бойца, и для девушки, которую вчера отчитал за то, что она приняла решение за меня, это было чем-то вроде реабилитации. По тому, как чуть выпрямились её плечи, я видел, что она это оценила.