Книга Восхождение Морна. Том 3, страница 25 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Сосредоточься, Артём. Ты сюда пришёл по делу, а не пялиться на женщину, которая могла бы быть твоей ровесницей в прошлой жизни.

Хотя пялиться было приятно. Грех отрицать.

Я смотрел на неё и думал, что в другой жизни она могла бы работать в столичной гильдии алхимиков, варить зелья для императорского двора и купаться в золоте. Носить шёлковые платья вместо мокрой рубашки, командовать учениками вместо того, чтобы горбатиться самой. А вместо этого сидит в этой дыре на краю мира, едва сводит концы с концами и чуть не легла под жирного урода ради куска корня.

Мир несправедлив. Впрочем, это я знал и раньше.

Наконец она выпрямилась, отёрла лоб предплечьем и повернулась ко мне.

Лицо у неё было странным. Смесь потрясения, недоверия и чего-то похожего на благоговение, как у человека, который только что увидел чудо и не уверен, что не спит.

— Корень действительно собран в затмение, — сказала она медленно, будто сама не верила своим словам. — Алхимический потенциал запредельный. А эта плесень…

Она показала на серую массу, которую отделила от остального и положила в отдельную склянку.

— Это действительно симбионт-катализатор. Я читала о таких, но никогда не видела вживую. Их не находили уже лет двадцать, считались практически утраченными…

— Сколько? — перебил я.

— Что?

— Сколько золотых мы получим на выходе? Если ты сваришь из этого зелья и мы их продадим?

Она замолчала, прикусив губу. Взгляд заметался по столу, по ингредиентам, по склянкам на полках. Губы зашевелились, подсчитывая.

— Корень затмения с катализатором… это основа для зелья высшей регенерации. Но мне понадобится ещё кое-что. Серебряная эссенция — есть в запасе, немного. Лунная соль — придётся докупить, это золотых пять. Стабилизатор… — она нахмурилась. — Ещё золотых десять, если найду нормального качества.

— Итого пятнадцать на расходники, — подытожил я. — А на выходе?

— С таким сырьём? — она покачала головой, будто сама не верила тому, что собиралась сказать. — Двенадцать-пятнадцать флаконов высшего класса. Каждый идёт по двадцать-двадцать пять золотых. В Сечи на них всегда спрос, ходоки платят не торгуясь.

Я быстро прикинул в уме. Пятнадцать флаконов по двадцать — триста золотых минимум. Минус пятнадцать на расходники, минус тридцать, что я отдал старику. Чистыми — двести пятьдесят.

Двести пятьдесят золотых. С кучи «мусора», которую любой нормальный скупщик выбросил бы на помойку.

Я откинулся на табурете и позволил себе улыбнуться.

— Это невозможно, — Надежда смотрела на меня так, будто я только что превратил воду в вино, а потом вино в золото. — Так не бывает. Определить такое на глаз, без оборудования, без тестов… Кто ты такой, чёрт возьми?

— Я уже говорил. Человек с предложением.

— Каким предложением?

Я встал с табурета и подошёл к столу. Она не отступила, хотя я остановился достаточно близко, чтобы чувствовать жар от её разгорячённого тела.

— Ты умеешь варить зелья. Хорошо умеешь, я это вижу. Но у тебя нет денег на нормальные ингредиенты, и ты покупаешь второсортное дерьмо у жирных ублюдков, которые ещё и лапать тебя пытаются.

Она дёрнулась, как от пощёчины, но промолчала. Только скрестила руки на груди, и я заставил себя смотреть ей в глаза, а не туда, куда хотелось.

— У меня есть кое-что, чего нет у тебя, — продолжил я. — Я вижу вещи. Истинную ценность, скрытый потенциал. То, что другие принимают за мусор, для меня — открытая книга. Не спрашивай как, это неважно. Важно то, что я могу находить ингредиенты, которые все остальные выбрасывают, и они, возможно, будут стоить состояния.