Книга Восхождение Морна. Том 3, страница 13 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

В прошлой жизни этого тела я никогда не думал о деньгах по-настоящему, потому что деньги просто были, как воздух или вода, и казалось, что так будет всегда. А теперь приходилось прикидывать, хватит ли на завтрак, и это ощущение было настолько непривычным, что я до сих пор не мог к нему притерпеться.

Марек говорил, что в Сечи можно заработать, если знать как и не бояться испачкать руки. Ходоки поднимают неплохие суммы на добыче из Мёртвых земель, торговцы наваривают на перепродаже втридорога, даже обычные работяги тут получают больше, чем в глубине Империи, потому что желающих жить на границе с неизвестно чем не так уж много, а работа сама себя не сделает.

Вопрос был в том, как встроиться в эту систему достаточно быстро, чтобы не сдохнуть с голоду, и достаточно умно, чтобы не сдохнуть от переизбытка металла в организме.

Первым делом мне нужно было понять местные цены — на еду, на алхимию, на снаряжение, на информацию, на всё, что можно купить и продать. Без этого любой план останется пустым звуком, а я терпеть не могу строить воздушные замки, которые рушатся от первого столкновения с реальностью.

Нижний город встретил меня запахом, который хотелось развидеть носом, если бы такое было возможно. Узкие улицы петляли между деревянными домами, народ толкался и орал друг на друга без особого повода, просто для поддержания жизненного тонуса, и я не стал задерживаться на осмотр местных достопримечательностей, потому что достопримечательности эти сводились к грязи разной степени свежести и вывескам кабаков с названиями вроде «У Хромого» или «Последний глоток».

По дороге едва не вляпался в историю с компанией ходоков, которые курили у таверны и решили проверить на вшивость заезжего аристократа, но обошлось парой слов и многозначительными взглядами. Кто-то из них узнал «того психа от ворот, который на Озёрову попёр», шепнул остальным, и желание связываться у них резко поубавилось. Разошлись при своих, хотя меченый с рваным шрамом через бровь пообещал «разобраться позже», и я мысленно добавил его в растущий список людей, которые хотят со мной поквитаться.

Торговые ряды подтвердили мои худшие опасения насчёт местной экономики.

Цены были не просто высокими — они были такими, что в нормальном городе за эти деньги можно было купить втрое больше товара и ещё осталось бы на приличный ужин с выпивкой. Я прошёлся вдоль лотков, прицениваясь и запоминая, потому что знать стоимость жизни в конкретном месте — это первый шаг к тому, чтобы эту жизнь контролировать, а не плыть по течению, пока не вынесет на камни.

Сушёные травы шли втрое дороже столичных, зелья — вчетверо, обычная еда — вдвое, и даже за это приходилось торговаться так, будто выторговываешь себе право на существование. Продавцы смотрели на покупателей с выражением «бери или вали, мне плевать», и покупатели брали, потому что деваться им было некуда, а без припасов в Сечи долго не протянешь.

Вывод напрашивался сам собой: на наши четыреста золотых можно продержаться месяца три, если жить скромно и не позволять себе никаких излишеств вроде нормальной еды или тёплой одежды. А нам нужно минимум полгода, пока Игорь не наладит управление землями и не пришлёт первые деньги, и это ещё в лучшем случае, если он вообще справится и не обанкротится в первый же сезон.