Книга Стена Бурь, страница 454 – Кен Лю

— Ты теперь император, ренга. Люди смотрят на тебя с надеждой. Ты должен убедить их, что этот союз – ответ на угрозу со стороны льуку. Нет ни единого мига, когда ты не на виду, – так не позволяй же мукам сердца отразиться на лице.

— Я не такой, как отец или ты! Я поначалу обиделся, когда папа выбрал тебя, а не меня, а теперь понимаю, что он был прав. Тиму не знает, как надо править, и я тоже.

— Не позволяй поступкам отца или моим ограничивать твой выбор. Я уверена, ты проложишь свой курс. Ты знаешь, что отец специально изобрел корону с танцующими нитками раковин каури, чтобы она скрывала лицо, когда его обуревали сомнения? Никто из нас не рождается с умением носить маску – но постепенно мы врастаем в нее.

Когда настал благоприятный для отплытия час, музыканты в порту заиграли. Каких только инструментов здесь не было: сладкоголосые кокосовые лютни с шелковыми струнами, веселые бамбуковые флейты, жизнерадостные ритмические палочки, гулкие каменные литавры, бодрые окарины, дерзкие маракасы из тыкв, насмешливые поющие мехи из кожи и – по настоянию принцессы Тэры – величаво звенящая бронзовая моафья. Представлены были все семейства инструментов, как если бы все боги ликовали вместе со смертными.

Тэра заключила брата в крепкие объятия и зашептала снова. Громкая музыка мешала другим подслушать их.

— Мать лелеет мечту о Дара, заманчивую и, быть может, даже правильную. Да вот только на пути к ней она склонна прибегать к методам, которые отравляют плоды. Тебе следует учиться у нее, но, когда придет время, будь готов противостоять ей.

— Главное – правильно определить, когда это время наступит, да? – спросил император.

— Вот именно.

Император Монадэту в последний раз крепко обнял сестру, а потом отступил в сторону, и теперь лицо его было невозмутимым.

— Да даруют тебе боги удачное путешествие и успех в новой стране, принцесса Дара.

Тэра повернулась и, сделав последний шаг по земле Дара, поднялась по трапу, чтобы встать рядом с принцем Таквалом. Она не оглядывалась, чтобы не расплакаться. Позволить себе подобную слабость было никак нельзя: недаром ведь имя ее означало «прогоняющая скорбь».

В далеком Пане вывелись детеныши гаринафинов, и теперь, вооруженные знанием, которое передал им принц Таквал, жители Дара вступали в великое приключение, стремясь заручиться доверием своих новых союзников в войне. Это было очень похоже на осторожный танец, который предстояло вести агонам и их новой принцессе.

В море к северу от Дасу, пятый месяц первого года правления Сезона Бурь

Принцесса Тэра и принц Таквал Арагоз стояли на палубе «Прогоняющей Скорбь» и смотрели на Стену Бурь. Рядом с флагманом на волнах покачивались еще девять судов. Флот вез набранных в Дара ремесленников, солдат и ученых, а также книги, семена и инструменты – всех и все, что, по мнению Тэры, могло пригодиться в далекой стране, чтобы помочь ее людям обрести свободу.

— Похоже, теперь можно быть уверенными, что мы приплыли в правильный день, – проговорил Таквал, указывая на силуэт далекого города-корабля льуку.

— Делегация встречающих, – отозвалась Тэра.

Был день, когда, по предсказанию Луана Цзиаджи, Стена Бурь должна была открыться снова и когда ожидалось прибытие подкрепления льуку в Дара. Принцесса подумала, что едва ли среди собравшихся на палубе города-корабля находится пэкьу Вадьу. Они с Дзоми рассчитали, что примерно в это время Танванаки должна рожать, и Тэра попробовала представить, как Тиму – «император Такэ» – проявит себя в роли отца.