Книга Стена Бурь, страница 112 – Кен Лю

Рути снова зашуршал листами:

— Пятьдесят один.

— С Волчьей Лапы?

— Десять.

— С Руи?

— В этом году ни один кашима с Руи не достиг ранга фироа.

Дзоми еще раз кивнула. Потом обвела взглядом девять остальных пана мэджи, сидящих рядом с ней.

— Можете сказать, откуда вы? – обратилась она к ним.

— Хаан.

— Гэджира.

— Хаан.

— Волчья Лапа.

— Хаан.

— Хаан.

— Арулуги.

— Фаса.

— Восточное Кокру.

Дзоми обвела взглядом Большой зал для приемов, глаза ее блестели.

— Я, естественно, дочь Дасу. Вы, мастер Рути, из Римы, премьер-министр из Кокру. А кто остальные шестеро судей жюри?

— Один – знаменитый ученый с Арулуги, все остальные – прославленные учителя из Хаана.

Дзоми воззрилась на императора:

— Я полагаю, что цифры говорят сами за себя.

— И что хочешь ты доказать этим перечнем? – выпалил разгоряченный Дзато Рути. – Я вот, например, из Римы. Будь я предвзятым судьей, на что ты явно намекаешь, то разве не возвысил бы хотя бы одного кандидата из Римы до твоего почетного ранга?

Хотя голос Дзато Рути становился все громче, словно бы набирающий силу шторм, однако тон Дзоми оставался спокойным, как покрытый льдом пруд.

— Мастер Рути, я вовсе не обвиняю вас в предвзятости. Но даже человек честный способен тем не менее организовать несправедливую экзаменацию.

— Какая разница, откуда судьи, если исключена возможность определить, кто написал то или иное эссе?

— Разве вы не видите, как выглядит результат экзамена в глазах народа Дара? Когда распределение почестей происходит столь однобоко, любой неизбежно заподозрит в процессе некий изъян. Важен смысл, а не процедура.

Рути разозлился так, что нервно расхохотался.

— Ты говоришь как тот глупец из басни Кона Фиджи, который сетовал, что медь ценится не столь же высоко, как золото. Приведенные тобой цифры не только не указывают на предвзятость, но, напротив, подтверждают объективность работы жюри! Хорошо известно, что жители Хаана трепетно относятся к образованию и учености, а потому начинают знакомить детей с классиками ано с двухлетнего возраста. Руи, напротив, не славится академиями, а правители древней Ксаны никогда не стремились к овладению мудростью. Вот почему Мапидэрэ пришлось призвать из Кокру Люго Крупо, и даже император Рагин в бытность свою королем Дасу вынужден был искать талантливых людей по другим землям Дара. Кашима представляют собой лучшие умы каждой провинции, но, когда они собираются в одном месте, кашима из Хаана естественным образом превосходят кашима с Руи или Дасу. Станешь ли ты жаловаться, что обезьяны из лесов Фасы крупнее тех, что водятся в Кокру? Или что крабы, выловленные в заливе Затин, вкуснее пойманных на побережье Огэ? Я склонен был бы думать, что произошла ужасная ошибка, если бы высшего ранга достигло не так много ученых из Хаана.

— Разве Хаан – это весь Дара? Неужели люди из других провинций Дара менее талантливы?

Рути швырнул талмуд на пол и бешено замахал руками. Его уже не волновали церемонии и приличия.

— Император поручил мне найти мужчин – и женщин, – наделенных талантом. Я честно исполнял свой долг. Твое присутствие здесь – доказательство того, что метод сей работает. Пусть ты родом из скромного края неграмотных крестьян, но сегодня император и все повелители Дара внимают тебе!

— Талант – штука сложная, – сказала Дзоми. – Действительно ли экзаменация измеряет глубину таланта или просто тренированность ума?