Книга Стена Бурь, страница 110 – Кен Лю

— Ты тоже здесь, – произнес Куни. По его тону сложно было понять, просто ли это наблюдение, поощрение или сожаление. Мгновение спустя император вернул вуаль из раковин на место. – Вы все, садитесь у основания помоста и смотрите.

Джиа сдвинула брови. Естественно, устроенное детьми нелепое представление ни на минуту не развеяло ее подозрения, что они намеренно подслушивали: Тиму никогда не умел лгать, и это свойство характера имело как свои положительные, так и отрицательные стороны. Но данное Тэрой объяснение хотя бы помогало сохранить лицо. Джиа сделала себе в памяти зарубку: позже надо будет поговорить с Сото и капитаном дворцовой стражи Дафиро Миро насчет введения более строгих мер безопасности внутри дворца.

Куни повернулся на троне и собирался уже продолжить разговор с Дзоми, когда откуда-то донесся громкий звон. Это было похоже на то, как если бы одновременно били в сотни гонгов. В Большом зале для приемов воцарилась тишина, и теперь собравшиеся расслышали далекий ропот толпы.

— Что происходит? – спросила Рисана. Кровь отхлынула от ее лица.

Куни бросил взгляд на Дафиро Миро, стоявшего рядом. Капитан дворцовой стражи кивнул одному из охранников. Тот опрометью выскочил из Большого зала для приемов.

— Давайте продолжим экзаменацию. – Голос Куни не выдавал ни малейшего беспокойства. – Итак, Дзоми Кидосу, твой выход.

Все взгляды обратились на молодую женщину. Учитывая бедность ее одеяния, никто не ожидал зрелищного представления. Некоторые из генералов подавляли зевки, готовясь выслушивать долгую речь.

— Я уже начала свое представление, – сказала Дзоми.

— Как это?

— Лучшие из лучших Дара бунтуют на улицах. Вот моя презентация.

Повелители Дара навострили уши: так, уже интереснее.

— Кашима, не получившие мест в рядах фироа, собираются на площади Крубена перед дворцом, чтобы выразить свое недовольство, – продолжила Дзоми. – Судя по шуму, они привлекли орду зевак, многие из которых могут воспользоваться ситуацией и немного пограбить, исходя из теории, что с толпы спроса нет.

— Так это ты начала сей бунт? – сурово осведомился Куни.

— Возможно, я высекла искру, от которой занялся огонь, – ответила Дзоми. – Но поверьте, ренга, не я ответственна за то, что собралось столько опасного топлива.

Куни снова выразительно посмотрел на Дафиро Миро, и тот направился к выходу из Большого зала для приемов.

— Капитан, – окликнула его Джиа, – тебе может понадобиться собрать городской гарнизон. Мятеж на улицах должен быть незамедлительно подавлен.

— Нет! – отрезал Куни.

Дафиро Миро остановился, повернулся и посмотрел на императора и императрицу.

— Это ведь просто ученые, – проговорил Куни. – Что бы ни случилось, им нельзя причинять вреда.

Джиа прищурилась, но ничего не возразила. Дафиро кивнул, развернулся и вышел.

Куни снова обратился к Дзоми Кидосу:

— Раз уж ты считаешь себя искрой, то поведай, в чем же именно заключается их обида?

— Они считают, что Великая экзаменация была проведена несправедливо.

— Что? – вскинулся Дзато Рути.

— Я только повторяю жалобы, которые шепотом высказывали экзаменуемые. – Дзоми повернулась к остальным пана мэджи в зале. – Мои коллеги могут это подтвердить.

Рути обвел взглядом сидящих испытуемых, и те неохотно закивали. Все еще стоя на коленях, Рути задвигал ногами, развернувшись к императору, и поклонился так низко, что коснулся лбом пола.