Онлайн книга «Пустующий трон»
|
Вдова Васу поклонилась в джири так низко, что едва не рухнула лицом в землю. — Неужели это вы?! Фамильное сходство налицо… Впрочем, вы, конечно, посимпатичнее будете. Прин… — Бабушка Васу, пожалуйста, зовите меня просто Одуванчиком, – перебила ее девушка, придержав старую женщину за плечи. — Как можно… почему, ваше вы… — Нет-нет! – воскликнула Одуванчик. – Я настаиваю. Пожалуйста, относитесь ко мне как к своей внучке. — Да как же… Одуванчик почти прижалась к хозяйке и что-то шепнула ей на ухо. Вдова Васу вытаращила глаза и сочувственно зацокала языком, поглаживая руки девушки: — Бедняжка… — Да, чуть не забыла, – сказала Одуванчик. – Вроде бы мой отец не расплатился по счетам в «Великолепной вазе» в Дзуди. Я хочу вернуть семейный долг. – Она достала тяжелый кошелек и сунула его в руки вдове Васу. — Ох… – Та сперва опешила, а затем рассмеялась. – Хоть вы и его родная дочь, но вы нравитесь мне куда больше. Вдова Васу еще несколько раз попыталась поклониться девушке, пока Одуванчик не пригрозила в ответ встать перед нею на колени у всех на виду. Лишь тогда старая женщина неохотно выпрямилась. Она приказала слугам освободить лучшую комнату в хозяйском крыле для «несравненной госпожи Одуванчик» и дала распоряжение поварам обеспечить гостью особым шестиразовым питанием. — Ох, бабушка, к чему такие хлопоты? Мне вполне хватит и небольшой гостевой комнаты… — Вздор! Взгляните, даже стены моего скромного заведения засияли при вашем появлении! Когда Одуванчик рассказала вдове Васу о случившемся на Храмовой площади, хозяйка горячо отблагодарила Кинри за смелость и за то, что юноша не посрамил репутацию «Великолепной вазы». В награду он получил премию в размере двух месячных зарплат; слуги отправились вручить такую же сумму актеру и пригласить того вместе с труппой отобедать в их ресторане. Все подавальщики и подавальщицы поздравляли Кинри, одобрительно хлопая парня по плечу. Кинри заливался краской, бормоча, что на его месте любой поступил бы так же. Никто не знал, кем была Одуванчик, хотя догадки ходили разные. Дочь высокопоставленного чиновника? Наследница давних покровителей госпожи Васу, о которых история умалчивает? Девушка назвала имя Фина Крукедори, некогда известного потомственного ювелира из Дзуди, но род Крукедори уже давно пришел в упадок, а Одуванчик, казалось, ни в чем себе не отказывала. Кинри толком не знал историю клана Васу, а потому не мог предложить свою версию. Ему просто нравилось смотреть на бесстрашное лицо девушки и слушать ее успокаивающий голос. — Эй, подавальщик! – Чей-то грозный окрик пробудил его от грез. К нему обращался мужчина лет тридцати, занявший место за столиком у окна на втором этаже. Его дорогая мантия из волнистого шелка, ярко-голубая с золотой окантовкой, выглядела излишне крикливо на фоне аккуратных бамбуковых стен «Великолепной вазы». С потного полного лица остро смотрели узкие глазки, а над верхней губой завивались жидкие, похожие на мохнатую гусеницу, усики. Весь его вид говорил о высокомерии, о привычке помыкать окружающими. Он поманил юношу пальцем. — Что желаете, достопочтенный господин? – подбежал к гостю Кинри. — У вас не рыбный суп, а помои! – прогремел Усы-Гусеница. – Нюхни-ка этот шалот – воняет, как трава на выгоне! – Другие посетители оглянулись на него, и мужчина, польщенный вниманием, еще повысил голос. – Соевый творог и того хуже! Кубики рассыпаются, не успеешь палочками дотронуться! А бульон?! Ваша хозяйка что, ноги в нем мыла? |