Книга Пустующий трон, страница 286 – Кен Лю

— Он уже мертв, – перебил ее Таквал. – Как и ваши дети.

По перемещению факелов в долине было ясно, что наспех выстроенная линия обороны агонов была сметена.

— Неправда! Они живы! Они ждут нас! – Типо оттолкнулась от валуна и, пошатываясь, закричала: – Вы не можете бросить моего мужа и детей!

— Одумайтесь, иначе мы все погибнем! – парировал Таквал. – Моя мать тоже там!

Типо уставилась на него. Она изо всех сил старалась сдерживаться, и ее лицо содрогалось от усилий.

— Ваш муж и моя мать остались, чтобы дать нам и нашим детям, рожденным и будущим, надежду на спасение. Ради ребенка, которого вы носите под сердцем, и всех этих… сирот, – он указал на пещеру, откуда выглядывало около дюжины пар испуганных глаз, – не допустите, чтобы их жертва оказалась напрасной.

Типо опустилась на землю и зарыдала.

— Что… что нам делать дальше? – спросила Тэра слабым беспомощным голосом, презирая себя за это.

— Нужно рассредоточиться и укрыться в горах до рассвета.

— Но все, что мы построили, останется здесь.

— Бегство – единственный выход, – твердо заявил Таквал. – Помнишь, что говорила моя мать? Мы обязаны убежать, иначе никогда уже не сможем отомстить.

— И как мы будем жить в горах? – недоумевала Радия. – Зима в самом разгаре, а у нас нет провизии.

— А кто сказал, что мы возьмем тебя с собой? – бросила Типо, уставившись на двух льуку с нескрываемой яростью. – Ваши сородичи жгут и убивают там, внизу. Возвращайтесь к ним!

Радию аж перекосило от боли и гнева, но она не успела ответить, поскольку вмешался Тооф.

— Не надо, – шепнул он ей.

— Тооф и Радия – члены моего клана, – твердым, не терпящим возражений тоном заявила старая Вара Роналек. – Посмотри на их раны. Тооф закрыл меня от копья, вот почему он хромает. Я готова доверить им свою жизнь.

— Нет времени пререкаться, – нетерпеливо произнес Таквал. – Радия и Тооф жили с нами много лет и ни разу не дали повода усомниться в себе.

Типо То промолчала, однако ее взгляд не смягчился.

— В горах будет тяжело, но на равнине оставаться нельзя, – ответил Таквал Радии. – Там негде укрыться от патрульных на гаринафинах. Это будет равносильно самоубийству.

— Переберемся через горы Края Света? – предположила Тэра.

— Это невозможно. – Таквал помотал головой. – Они такие высокие, что даже гаринафин их не перелетит. Уйдем как можно глубже и попытаемся отыскать укромную долину.

— Проще сказать, чем сделать, – пробормотала Радия. – Чтобы не попасться на глаза врагам, даже гаринафинам придется ковылять пешком.

Таквал кивнул:

— Лететь можем по ночам. Но днем придется оставаться на земле под прикрытием деревьев.

Тооф с тревогой посмотрел на детей в пещере:

— С нами слишком много ребятишек… Может, оставить их…

— Нет! – резко перебила Тэра. – И речи быть не может. Я не брошу своих детей.

Она знала, что в тяжелые времена в степи выше всего ценили жизнь воинов. Старики добровольно уходили умирать, если истощались запасы еды, а детей бросали в случае нападения превосходящих сил врагов. В племени, сохранившем своих воинов, могли родиться новые дети, но в случае гибели здоровых мужчин и женщин в расцвете сил уже некому будет по прошествии времени отомстить за павших.

Однако Тэре претила такая логика. Больше двадцати лет назад, во время войны Хризантемы и Одуванчика, Куни Гару оставил Тэру и Тиму, которым тогда было примерно столько же лет, сколько сейчас Кунило и Рокири, в осажденной крепости, а сам сбежал. В конечном счете это решение позволило Куни одержать победу, но в его отношениях с Тиму произошел непоправимый разрыв. Тэра не собиралась повторять отцовских ошибок.