Онлайн книга «Говорящие кости»
|
— Да, ты права, – подхватила госпожа Сото. – Дзоми такая идея наверняка бы очень понравилась. Дзоми Кидосу всегда стремилась к тому, чтобы работы участников имперских экзаменов оценивались объективно. Однако соискатели, которым благодаря деньгам или везению (как и самой Дзоми) посчастливилось учиться у лучших мастеров каллиграфии, получали естественное преимущество. Но при использовании пишущих цитр, настроенных на один, стандартизированный почерк, участники испытания смогут выдвинуться только за счет идей, – это стало бы очередным шагом к честным экзаменам, к которым так стремилась секретарь предусмотрительности. Поскольку разговор ушел в сторону, Рати Йера сочла нужным вмешаться. — Ну а теперь, когда вы достаточно налюбовались на пишущую часть изобретения, – гордо возвестила она, – давайте уделим внимание части читающей. Катясь на коляске, Рати повела зрителей на западный край двора. По контрасту с бурной механической деятельностью, наполнявшей другую его половину, здесь, в самой середине, одиноко стоял единственный аппарат. При помощи пары роликов рукопись Сото медленно перематывалась через наклонную поверхность пюпитра. Кубической формы ящик висел над колонками логограмм. Ящик этот ездил взад и вперед на полозьях, и, когда под ним оказывалась очередная логограмма, он на миг застывал над ней, опускался, скрывая логограмму, а потом рывком поднимался, готовый к следующей. — Что это за штуковина? – спросила Фара. – Она похожа на пчелу, останавливающуюся, чтобы попробовать пыльцу на очередном цветке. — А ведь так оно и есть! – со смехом ответила Рати. – Я назвала этот аппарат «Шмель», с вашей легкой руки, моя дорогая принцесса-вязальщица. — Лучше объясни, как он работает. Рати дала Саво знак повернуть переключатель у подножия ветряной мельницы, отсоединив шелкокрапинный генератор и тем самым временно положив конец работе устройств. Потом она сняла «Шмеля» с полозьев, чтобы все могли рассмотреть его поближе. «Шмель» представлял собой коробку, у которой было не шесть, а пять стенок, поскольку дно отсутствовало. Все стенки была аккуратно расчерчены решетками из шестидесяти четырех ячеек. — Что находится в каждой из ячеек? – поинтересовалась Фара. — Окулиумный «глаз», – ответила Рати. – В точности как тот, что направлял механического дирана Фиро. Рати бережно приподняла рукопись Сото и показала светящуюся кристаллическую сферу, встроенную в поверхность пюпитра. — Эта небольшая шелкокрапинная лампа обеспечивает интенсивное свечение, а зеркала расположены таким образом, чтобы направлять как можно больше света вверх. Когда «Шмель» опускается, покрывая очередную логограмму, яркий свет подсвечивает логограмму снизу, отбрасывая тени на все пять стенок. Каждый окулиумный «глаз» способен увидеть лишь небольшую часть картинки, – продолжила объяснять Рати. – Если слой воска между шелкокрапинной лампой и глазом очень толстый, то попадающий в «глаз» свет будет совсем слабым. Если же, напротив, воска мало, свет будет очень ярким. Количество попадающего в «глаз» света измеряется силой шелкокрапинного тока, бегущего по проволоке позади. Каждый «глаз» способен увидеть лишь крошечную часть логограммы и сообщить, яркая эта часть или темная. А объединенные сведения со всех «глаз»… |