Книга Янтарная гавань, страница 386 – Виолетта Орлова

Повсюду можно было увидеть разветвленную сеть каналов, плотин и акведуков из белых известняковых глыб, которые с помощью специальных винтов закачивали воду на верхние уровни. Искусственные водопады и террасы украшались цветущим миндалем, айвой и оливой. Имелись здесь и хвойные: величавые кедры, пахучие можжевельники и точеные, коротко постриженные стройные кипарисы. Меж растений по бархатной траве важно прогуливались павлины, с достоинством помахивая своими царственными хвостами, а голосистые розовые соловьи заливались на все лады.

— Откуда в пустыне столько пресной воды? – не выдержав, пробормотал Тин.

— Очень просто, – пожал плечами всезнающий Инк, который никогда не отказывал себе в удовольствии немного поумничать. – Тут полно морской воды. Для ее опреснения используются специальные реагенты – соли серебра и бария. Подобного добра тут завались.

— Невероятно! – воскликнул Тин, с мальчишеской жадностью глазея по сторонам. Поистине, сколько чудесных мест он упустил бы из виду, оставайся он всегда в своем гнездиме в Престижном графстве! И это место поистине отличалось от Мира чудес, несмотря на то что также принадлежало армутам.

Так, Тимпатру действительно выглядел солидной постройкой, верой и правдой служившей своим жителям веками. Он имел вычурную архитектуру, витиеватые барельефы, разноцветную мозаику, прекрасные высокие колонны из белого мрамора, окружавшие муравейник, сквозь просветы которых причудливо переплеталась лиана и краснела магнолия. Видно было, что все это великолепие создавалось совместными трудами архитекторов, достопочтенных ученых, талантливых декораторов и скульпторов.

Впрочем, и в таком чудесном месте процветала атмосфера базара, любовь к которому прочно вошла в менталитет армутов, но, в отличие от Мира чудес, здешний рынок располагал толикой эстетики, богатства и роскоши. В парке повсюду стояли мангалы, полные углей, над которыми заманчиво шипел шашлык, распространяя по округе дивные ароматы. На глиняных листах выпекались сочные чуреки из дрожжевого теста. Торговцы жонглировали раскаленными шампурами на глазах у голодных гуляк, разбрызгивая на их вычурные одежды ароматный жир. Повсюду сновали скрипучие арбы с запряженными в них молодцеватыми армутскими скакунами. Везде, решительно везде можно было что-нибудь приобрести.

Но и отличия от Мира чудес так же просматривались. Например, местные жители не сновали в беспорядке, подобно загнанным муравьям, а ходили степенно, вальяжно, выставляя при передвижении вперед не голову, что обычно ускоряет ход, а округлый живот – свидетельство сытой и беззаботной жизни. Вот по пристани идет полнотелый господин в длинном парчовом халате с узорами; на холеных чистых ногах его сандалии и ни одной пылинки на пальцах нельзя усмотреть, несмотря на открытую обувь, ибо тут же рядом с ним бежит загорелый мальчик в легкой белой тунике и отряхивает своему хозяину ноги влажным тканевым веником, от которого за версту распространяется приятный сладковатый парфюм. У незнакомца в руке книга – солидных размеров том по философии, который местный «мудрец», вероятно, читает на досуге, отдыхая в тени раскидистых платанов. И ведь легко же, в сущности, философствовать, когда в твоем распоряжении имеется личный раб, ежеминутно следящий за чистотой господских ног! Остается позаботиться лишь о чистоте разума, что тоже немаловажно.