Книга Янтарная гавань, страница 382 – Виолетта Орлова

— Спасибо, – с глубокой признательностью проговорил Артур. – Вы очень помогли нам.

На следующий день, как и было обещано, блуждающий остров приблизился к долгожданному материку. Сирены не поскупились на подарки, угощения из цветов и даже одолжили путешественникам челн, чтобы те смогли самостоятельно причалить к берегу. Раторбержцы тепло попрощались со своими самоотверженными вождями. Маленький Хвостик, жутко краснея, подошел к Инку и с чувством обнял его.

— Спасибо, спасибо, – пролепетал он, дурашливо встряхнув своими золотыми кудрями.

Лапка тоже приблизилась к сероглазому юноше.

— Если Жемчужный гурами когда-нибудь пожелает вести оседлый образ жизни, – робко начала она, – то пусть знает, что в Гераклионе его ждет девушка, бывший мэр раторбержцев, и надеется, очень надеется на скорую встречу.

Невозмутимое лицо Инка при этих словах вспыхнуло, а в обычно холодных глазах его засверкали смешливые искорки.

— Прощай, Лапка, – только и сказал он, ничего не прибавив к своим словам, ибо всегда был немногословен. Не в его стиле было давать обещания, которые он, скорее всего, не сможет сдержать. Другие раторбержцы, в том числе и Серок, подходили, в свою очередь, к Артуру и с благодарным выражением лица вставали перед ним на колени, отчего юноша каждый раз невероятно смущался и внутренне желал, чтобы затянувшаяся церемония прощания уже поскорее закончилась. Даниел с Тином в немом изумлении таращились на чудное церемонное представление, разыгрывающееся на их глазах.

— По-моему, мы чего-то явно упустили, – тихонько пробормотал Тин на ухо Даниелу. – Мы сутки пробыли среди прекрасных сирен и никакого результата, а наш неотесанный гурами в два счета нашел себе в подземелье подружку, как тебе такое?

— Наверное, потому что он естествознатель, – так же тихо пробормотал Даниел.

— А может, просто красивый? – беззастенчиво хмыкнул Инк, который прекрасно слышал весь этот диалог.

Русалки махали хвостами вслед отплывающей лодке, создавая своеобразный портал из соленых брызг, а раторбержцы подняли в знак прощания руки. Путешественники с грустью оглядывались на приобретенных друзей, с которыми они вынуждены были расстаться, и думали о том, что таинственный блуждающий остров стал в некотором роде мостом, соединяющим их с далеким Троссард-Холлом, где все казалось беспечным, веселым, непринужденным и по-детски поправимым. Это был последний приют перед вступлением на неизведанную землю. А впереди уже маячил загадочный город армутов.

Тимпатру, выступающий из предрассветной дымки, казался призрачным, нереальным и даже немного гротескным. Каждая деталь представлялась здесь карикатурной, излишне вычурной, неправильной. Например, слишком маленький, почти игрушечный пирс нелепо смотрелся на фоне гигантской темно-бордовой горы, что, казалось, заполняла собой все пространство, куда ни глянь. Яркое утреннее солнце, которое, на первый взгляд, должно радовать взор и ободрять, напротив, угнетало дух. Морской воздух, которому по праву следовало быть свежим и прохладным, на деле оказался тяжелым, липким и сладким.

— Эта страшная гора… И есть город? – гробовым голосом поинтересовался Даниел, довольно легко сменив роль лидера на трагического персонажа драмы. – Почему, кстати, он не изображается на картах географического общества? Почему его местонахождение сокрыто, хотя вроде по морю сюда не так уж и сложно добраться?