Книга Раскол, страница 159 – Рита Хоффман

— Наложу повязки! – рявкнул Зердан. – Радуйтесь, что хоть кто-то знает, что делать!

Райордан выпил настой и скривился: на вкус тот напоминал смесь трав и тухлой рыбы. Удивительно, но боль действительно прошла спустя пару рваных вдохов.

Почувствовав дрожь земли, он приподнял голову и разглядел огромные сапоги, а затем и самого Брарога. Великан не выглядел ни расстроенным, ни радостным – просто смотрел на распростертого на земле Райордана сверху вниз и жевал губами.

— Победил, – наконец сказал Брарог. – Мой сын мертв.

— Сочувствую, – буркнул Рай, держась за ребра.

— Честный бой. Твое оружие. – Великан бросил на землю Безымянный. – Грозный клинок. Он принесет много побед. Отнесем тебя в шатер и приступим ко второму испытанию.

— Он едва живой! – выкрикнула Каттани. – Какое еще второе испытание?!

— Двигаться ему не надо будет, – заверил Брарог. – Положите его на щит. Мы понесем. Он заслужил.

— Сами понесем, – заявил Кханташ. – Он наш командир.

— Как знаете.

Брарог ушел, Кханташ и Неррель отправились искать подходящего размера щит, а Зердан вновь склонился над Райорданом со склянкой в руках.

— В чем секрет?.. – шепотом спросил Рай. – Как я убил великана?

— Безымянный ядовит, как мантикора, – так же тихо ответил Зердан. – Но его яд намного страшнее: попав в плоть, он парализует тело жертвы настолько сильно, что та не может даже дышать. Сердце останавливается почти мгновенно.

— Какое страшное оружие. – Рай покосился на клинок.

— Он не убивает, если ты не захочешь убить, – напомнил Зердан. – А ты захотел.

Кханташ и Неррель вернулись с щитом, переложили на него Райордана, отряд окружил его и поднял. Сыны Зимы провожали их странными взглядами, наполненными не то страхом, не то уважением.

— Я никогда этого не забуду, – сказал Неррель.

— Я тоже, можешь поверить, – попытался отшутиться Райордан, но лицо юноши осталось серьезным.

— Мой меч будет служить тебе до самой моей смерти.

— Постарайся сделать так, чтобы она не наступила слишком быстро. Ты мне еще понадобишься.

Остальные солдаты молчали. Лежа на щите, Рай слышал, как стучат зубы Йеля.

Его внесли в огромный шатер. Два великана указали на высокую лежанку из шкур и явно украденных у людей подушек.

— Ему лучше не двигаться, пока я не осмотрю переломы, – заявил Зердан.

— Просто помогите мне сесть, – прокряхтел Рай, с трудом подняв голову. – Думаю, я должен хотя бы видеть Брарога, чтобы понять, что еще ему от меня нужно.

Каттани опустилась сзади, чтобы он мог опереться на нее спиной. Каждое движение отдавалось болью во всем теле, но Райордан стиснул зубы и выпрямился. Грязный и потный, он чувствовал себя просто ужасно, но все же немного гордился собой. Впервые в жизни он совершил что-то, чем действительно можно гордиться.

В шатер вошел Брарог. Он обвел взглядом сгрудившийся вокруг Рая отряд, кивнул, сел напротив, подобрав под себя ноги, и протянул руки к жаровне, стоявшей под отверстием в куполе. Некоторое время великан молчал, а потом произнес:

— Ты убил моего сына.

— Таким было твое условие, – напомнил Рай.

— Это испытание смерти. Теперь – испытание жизни.

К жаровне подошла великанша со свертком в руках. Сверток подозрительно шевелился.

— Что это? – Рай прищурился.

— Моя дочь. – Брарог принял из рук великанши ребенка, развернул ткань и поднял синекожего младенца выше, демонстрируя всем присутствующим. – Я хочу, чтобы вы забрали ее с собой.