Книга Вторая жена дракона. Первая живет в зеркале, страница 59 – Виолетта Вейл

Никакой магии. Только чернила и бумага.

Завтра нотариус зарегистрирует дополнение.

Мне этого хватало.

Дарен закрыл папку.

— Теперь вы официально вернулись?

— Я вернулась еще до подписи.

— В дом?

Я посмотрела на него. Он не улыбался.

— Да.

Между нами повисла пауза.

— В брак?

— Дарен.

— Я спрашиваю. Не требую ответа.

Я провела пальцем по краю стола.

— Пока я не собираюсь его расторгать.

— Это не совсем то же самое.

— Другого ответа у меня пока нет.

Он неожиданно улыбнулся.

— Похоже, я действительно плохо на вас влияю.

— Не переоценивайте свою роль.

— Постараюсь.

— Сделайте одолжение.

— Уже делаю.

— Вот и продолжайте.

Первую половину дня мы провели в архиве, а не у зеркала.

Теперь, когда право на доступ было хотя бы зафиксировано на бумаге, Дарен принес ключи от семейного хранилища.

Я посмотрела на связку.

— И это все?

— Все.

— Никакого секретного ключа в кармане?

— Хотите проверить?

— Обязательно.

Архив находился на первом этаже, в помещении без окон, за двумя дверями.

Первая открывалась обычным ключом. На второй сохранился старый контур, распознававший хозяина или хозяйку дома.

Поскольку печати у меня не было, Дарен открыл его своим якорем.

— Вот почему я пока не могу пользоваться архивом самостоятельно.

— Контур можно изменить.

— Можно.

— Хотите?

— Пока нет.

Он посмотрел на меня.

— Почему?

— Моя работа сейчас связана с одной конкретной системой. Не хочу перестраивать половину дома ради принципа.

— Это очень...

Он осекся.

— Что?

— Ничего.

— Договаривайте.

— Практично.

— Спасибо, что не сказали другое слово.

— Я стараюсь.

В архиве пахло сухой бумагой, пылью и металлом.

Вдоль стен стояли шкафы с реестрами.

Дарен показал мне раздел, посвященный Эвелине.

— Это все?

— Все, что официально хранится здесь.

— А неофициально?

— Все, что знаю, я уже показал вам в западном крыле.

— Хорошо.

Я достала первую папку.

Нам нужно было разобраться не в жизни Эвелины целиком, а в устройстве системы. Теперь фактов хватало, чтобы сформулировать настоящий вопрос.

Не «может ли зеркало передавать человеку память». Это мы уже знали.

Вопрос был другим:

«Что именно оно должно было передать следующей хозяйке?»

Ответ нашелся через два часа — не в готовом отчете, а в старом техническом каталоге.

Я вытащила с полки толстую книгу и положила ее на стол.

— Дарен.

Он сидел напротив, просматривая другой реестр.

— Что нашли?

— Возможно, ключ.

Я раскрыла каталог.

— Здесь описана классификация зеркал глубокой записи.

— И что она нам дает?

— Смотрите.

Дарен пересел ближе.

Каталог выделял три уровня хранения.

Первый сохранял отдельные эпизоды: изображение, звук, несколько ощущений.

Второй — связи между событиями и эмоциональные реакции.

Третий применяли редко. Его называли полной личностной записью.

Такая запись хранила не только воспоминания, но и привычки выбора, устойчивые реакции, связи между людьми, ассоциации и предпочтения.

Поэтому она могла отвечать на вопросы, которых человек при жизни никогда не слышал.

Не потому, что думала.

Просто в ней было достаточно материала, чтобы выбрать реакцию, соответствующую характеру владельца.

— Наше зеркало относится к третьему уровню, — сказала я.

Дарен пробежал глазами страницу.

— Значит, оно хранит не только воспоминания.

— Да.

— Насколько все серьезно?