Книга Непорочная невеста Лорда Тьмы, страница 37 – Таня Акентьева, Таня Ром

— Ты думаешь, он опасен?

Дариус бросил злой взгляд на лестницу, где исчез его кузен.

— Я думаю, он никогда не делает ничего просто так. Если он здесь, у него есть цель. И я хочу понять, какая…

Ужин прошёл напряжённо. Эштон болтал без умолку, обращаясь в основном ко мне. Мужчина был остроумен, обаятелен, сыпал комплиментами, но каждый его взгляд в мою сторону заставлял Дариуса мрачнеть всё больше. Я чувствовала его эмоции через связь — они становились всё темнее, всё более неконтролируемыми.

Супруг едва сдерживался, чтобы не наброситься на своего кузена.

После ужина Эштон попытался снова заговорить со мной в коридоре, но Дариус буквально вырос между нами, взял меня за руку и увёл в нашу спальню, даже не попрощавшись с гостем.

Едва дверь закрылась, он прижал меня к стене. Его глаза потемнели, в них плясали алые искры, а дыхание было тяжёлым и частым. Он не говорил ни слова, просто смотрел на меня, и в этом взгляде было всё: ревность, страх, желание.

— Ты моя, — произнёс он наконец низким, вибрирующим голосом. — Только моя. И я никому не позволю даже смотреть на тебя так, как он.

— Я знаю, — прошептала я, не отводя взгляда. — Я твоя. И ничья больше.

Дариус застонал и жадно впился в мои губы. Поцелуй был жёстким, требовательным, собственническим. Его руки скользнули по моему телу, сжимая талию, бёдра, ягодицы, притягивая меня ближе, так близко, что я чувствовала каждый дюйм его напряжённого тела. Я отвечала с той же страстью, запуская пальцы в его волосы, прижимаясь к нему, показывая, что я здесь, что я его.

Спустя пару минут, Дариус оторвался от моих губ, но только для того, чтобы проложить дорожку из поцелуев по шее, к плечу. Его зубы прихватили нежную кожу, и я ахнула от сладкой боли. Он засосал это место, оставляя метку — знак принадлежности, — и от этого жеста по моему телу пробежала дрожь возбуждения.

— Я хочу, чтобы все видели, — прошептал он, проводя языком по покрасневшей коже. — Чтобы знали, кому ты принадлежишь.

Супруг подхватил меня на руки и опустил на кровать. Его руки сорвали с меня платье, сорочку, оставив обнажённой и дрожащей под его взглядом. Дариус не стал тратить время на долгие ласки. Его пальцы скользнули между моих бёдер, проверяя готовность, и, убедившись, что я влажная и жаждущая, он вошёл в меня одним мощным, глубоким движением.

Я вскрикнула, но не от боли, а от остроты ощущений. Он заполнил меня полностью, до предела, и начал двигаться — жёстко, быстро, глубоко. Его ритм был безжалостным, первобытным, он брал меня, как самец берёт свою самку, и от этого во мне разгорался пожар.

Он наклонился, захватил губами мой сосок, посасывая и покусывая в такт движениям. Его рука сжимала моё бедро, приподнимая его, чтобы проникнуть ещё глубже. Я стонала, впиваясь ногтями в его плечи, выгибалась навстречу, и каждый его толчок отзывался волной наслаждения, прокатывающейся от низа живота до самых кончиков пальцев.

— Скажи, что ты моя, — прорычал он, не сбавляя темпа.

— Твоя, — выдохнула я. — Только твоя. Всегда.

— Ещё, — потребовал он.

— Я твоя, Дариус! — почти крикнула я. — Только твоя! Я люблю тебя!

Мужчина застонал, и его движения стали ещё более яростными, ещё более глубокими. Я чувствовала, как внутри нарастает напряжение, как удовольствие скручивается в тугой узел, готовый взорваться. И когда он накрыл мой рот поцелуем, заглушая мой крик, я разлетелась на миллион осколков. Оргазм был таким сильным, что перед глазами потемнело, и я на несколько мгновений потеряла связь с реальностью.