Книга После развода. Всё изменится, страница 47 – Анна Янсен

Но почему же мне так тревожно от этого счастья?

— Посмотрим, — произношу я, стараясь, чтобы в голосе не дрогнуло ни одной ноты. Улыбаюсь. Почти искренне. Но взгляд всё равно блуждает, будто ищет подвох, ловушку, и не находит.

Антон действительно старается — для нас.

Он слегка сжимает моё плечо и, глядя прямо в глаза, говорит:

— А что насчёт нашей росписи, родная? Надо ведь подать заявление в ЗАГС. А то живём, как чужие, будто не семья.

Я замираю.

Он говорит это спокойно, уверенно, будто решение уже принято, как будто всё прошлое стерто, как будто не было тех ночей, разговоров, ссор, боли… Как будто можно просто перечеркнуть и начать заново.

— Ты ведь этого хочешь, правда? — добавляет он.

А во мне в этот момент всё путается.

Он только недавно разошелся с Наташей. Всё произошло так быстро, что я до сих пор не успела понять, как нам удалось из хаоса выстроить “будущее”.

И теперь он снова говорит о браке, о нас.

Я смотрю на него — почти того же Антона, но другого: с более спокойным взглядом, с какими-то новыми привычками, любящего… и всё же незнакомого.

— Мам, пап, я и вам купила, — дочка прибегает и прерывает наш разговор. — Угощайтесь! Саша, братик, тебе нельзя, к сожалению, — смеется Алиса, заглядывая в коляску, где её брат жует специальную игрушку для зубов.

— Вот это да! Спасибо, родная! — целую её в щечку и пробую вкусный пончик. — Такие аппетитные… — смакую я.

— Даш? Так что?.. Ты не ответила, — голос Антона звучит тихо, но в нём есть неуверенность, будто он боится услышать «нет». Он смотрит прямо в глаза, пытаясь найти там хоть крупицу надежды, а я… я просто не могу ему ответить сразу. Слишком много всего в голове, слишком больно вспоминать.

Я обещала себе, что попробую — дам ему шанс, но шанс не стирает предательство. Оно всё равно живёт где-то под кожей, в самом дыхании.

Я вдыхаю глубже, улыбаюсь — натянуто, но стараюсь, чтобы выглядело искренне.

— Да, конечно, Антон. Подадим заявление. Скоро.

Он облегчённо выдыхает, глаза будто светлеют, и на лице появляется та беззаботная улыбка, по которой я так скучала.

— Ну вот и славно! — смеётся, доставая из пакета пончик. Откусывает, и нос тут же покрывается белой сахарной пудрой. Алиса заливается смехом.

Я тоже не выдерживаю, подхватываю этот смех и тянусь к салфетке.

— Иди сюда, сладкоежка, — дотрагиваюсь до его лица, вытираю аккуратно. На секунду всё кажется простым, будто ничего плохого и не было — просто семья, обычная прогулка, смех ребёнка.

— Карина! — вдруг выкрикивает Алиса. Голос громкий, резкий, но от этого звука у меня внутри будто всё обрывается.

Я резко поднимаю взгляд к ларьку с пончиками. Стоит девочка — та самая, а рядом с ней — Наташа.

Её глаза мгновенно встречают мой взгляд, и то, что в них, обжигает изнутри: ненависть, боль, разочарование. Всего на секунду, но этой секунды хватает — дыхание перехватывает, внутри всё снова рвётся на части.

Антон тоже видит её. Его лицо меняется мгновенно — как будто кто-то сдёрнул с него маску. Губы дрожат, рука чуть невыдержанно сжимает коляску.

Он резко поднимается.

— Давайте уйдём отсюда, — голос хриплый, с надрывом. — Там, вон, у фонтана, сквер хороший. Посидим немного, ладно?..

Я не успеваю ответить.

Он уже толкает коляску вперёд, быстро, почти бегом. Алиса удивлённо оглядывается, не понимает, а я стою на месте, прижимаю руку к груди и пытаюсь перевести дыхание.