Книга После развода. Всё изменится, страница 44 – Анна Янсен

— Ну чего вы, мамочка, — с тёплой улыбкой говорит акушерка, аккуратно поднося ко мне крошечный свёрток. — Целых четыре килограмма, настоящий богатырь! — её глаза светятся радостью, и я невольно улыбаюсь в ответ.

Я смотрю на своего сыночка: он морщит личико, смешно шевелит губами, а крошечные ручки тянутся к этому огромному новому миру. Сердце сжимается от нежности. Я беру его в объятия, ощущаю тепло его кожи и подношу к груди. Он успокаивается, а я просто дышу… дышу вместе с ним.

Мир будто исчезает: нет ни боли, ни усталости — есть только мы. Я и мой сын. Наша первая встреча. Начало новой жизни.

* * *

— Любимая, поздравляю! — выйдя из роддома с маленьким свёртком в руках, я вижу довольного Антона. Он держит букет и пытается заглянуть в конверт, чтобы увидеть сына.

— Спасибо… — произношу тихо, почти шёпотом. Слова застревают в горле, не находя выхода.

Я и не могла запретить ему прийти. И пусть сердце протестует, пусть внутри всё сжимается от воспоминаний, я знаю: ребёнок не должен расплачиваться за ошибки взрослых.

После того как Антон узнал, что Карина не его дочь, он сильно изменился. Он не отходил от нас, помогал во всём, был рядом, как будто хотел искупить прошлое. Иногда мне даже казалось, что я смогла простить… но достаточно было одного взгляда, одного напоминания — и перед глазами вновь всплывали его измены, боль, бессонные ночи, отчаяние.

Отрицание оказывалось сильнее любых доводов. Я понимала, что у нашего сына есть отец, но рядом со мной этот человек больше не мой.

Антон осторожно касается моей руки, взгляд скользит по лицу малыша.

— Он похож на тебя, — говорит тихо. — Можно мне подержать моего сына?

Я чуть киваю и отвожу взгляд в сторону. Может быть, когда-нибудь я снова научусь доверять, но не сегодня. Сегодня я просто мама, и у меня на руках вся моя жизнь.

— Давай уже потом, Антон… — устало отвечаю и, перехватив малыша поудобнее, отхожу к маме.

— Даш, ну что ты от него так стороной? — шепчет мама, чуть наклоняясь ко мне. — Он же отец, в конце-то концов! Они с Алисой тебе так красиво дома всё украсили… Может, стоит хотя бы сегодня разрешить ему остаться?

— Мам, пожалуйста… — тихо прошу я, стараясь не выдать раздражения. — Не сейчас.

Мама тяжело вздыхает, понимая, что убеждать меня бесполезно.

После выписки мы все поехали домой. Я давно мечтала оказаться в своих стенах — там, где пахнет уютом, а не больничными коридорами. Едва я открыла дверь, сердце дрогнуло: комната была украшена воздушными шарами, гирляндами, на столе стоял небольшой торт с надписью «Добро пожаловать, малыш!»

— Мам, смотри! — тоненький голос Алисы заставил меня улыбнуться. Она бегала по комнате, заглядывала в колыбельку, заглядывала в лицо брату, не веря, что он настоящий.

— Какой он крошечный! — пискнула она и осторожно протянула руку, будто боялась случайно его задеть.

— Да, малышка, — улыбаюсь, целуя её в макушку. — А ведь ты сама ещё меньше была, когда родилась.

Алиса удивлённо вскинула глаза:

— Правда?

— Конечно, — смеюсь я, укладывая её братика в кроватку. Он тихо посапывает, сжимая крошечные кулачки.

Я включаю радио-няню и выхожу на кухню. Оттуда доносится аромат еды и приглушённые голоса.

Антон, надев фартук, возится у плиты. На столе — салат, суп, тёплый хлеб, аккуратно накрытые приборы. Он поворачивается ко мне, чуть нерешительно улыбается: