Книга Загадка неприкаянной души, страница 98 – Ирина Грин

Иван посмотрел на Федора и понял, что перестарался, – губы программиста кривились в саркастической ухмылке.

— Вы сами-то, Иван Станиславович, верите в свои слова? – спросил он.

Вместо ответа Иван прибавил шаг. Еще двадцать минут – и они оказались у ворот древнего пещерного города. Деревянные, обшитые металлическими пластинами, они, казалось, помнили давно минувшие времена, когда в них въезжали повозки, груженные провизией, и всадники в боевых доспехах.

Заплатив за вход, Иван с Федором оказались внутри старинного города. Из-за множества пещер, вырубленных в окружающих скалах, они казались похожими на огромные куски сыра.

— Красиво! – прошептал Федор, и что-то в его голосе заставило Рыбака обернуться. Лицо напарника было бледным и блестело от пота, он ловил ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

— Маленький привал, – скомандовал Иван, и Лебедев тут же рухнул на островок прошлогодней сухой травы, даже не подумав снять рюкзак.

— Вот что, Федор, – сказал Рыбак, – если действительно хочешь стать моим напарником, ты должен обязательно выделить время для занятий спортом.

— Я выделю, – пообещал Лебедев. – Чесслово, выделю. Буду каждый день на работу пешком ходить.

Если учесть, что жил Федор в каких-то пятистах метрах от офиса «Кайроса», обещание нельзя было отнести к разряду трудновыполнимых.

То ли небольшой перерыв придал Лебедеву сил, то ли стены древнего города подействовали на него словно энергетик, то ли перемещение по практически абсолютно ровному горному плато не требовало таких больших физических усилий, как подъем в гору, но он не просто взбодрился, но и при виде информационных табличек несся к ним и зачитывал вслух краткую историю того или иного строения.

— Караимские кенасы! Четырнадцатый век! Мечеть!

Иван не слушал. Его больше интересовала дорога, по которой они шли, а именно выложенные большими плитами тротуары с обеих ее сторон. Видно, уже в те времена люди задумывались о безопасности дорожного движения.

— Мавзолей Джанике-Ханым! Дочери хана Тохтамыша! – провозгласил Лебедев, подбежав к внушительному, прекрасно сохранившемуся сооружению под черепичной крышей, украшенному резными колоннами и порталом с массивной аркой, покрытыми замысловатой резьбой. – Наверное, любил хан дочку, раз такой мавзолей ей отгрохал!

Про Тохтамыша Иван смутно помнил со школьных уроков истории: это именно он когда-то сжег Москву. Плохой был человек. Но сейчас, в этом городе, где уже много столетий никто не живет, Рыбак, который со дня на день собирался стать отцом, вдруг почувствовал абсолютно иррациональную жалость к человеку, воину, потерявшему свою дочь.

— Чауш-кобасы, подвальное помещение одной из усадьб семнадцатого века, принадлежащей богатой караимской семье! – заорал Федор, и Рыбак, глубоко погрузившийся в раздумья о будущем отцовстве, вздрогнул от неожиданности.

— Хватит, давай потише! Мы уже почти на месте, – приструнил он напарника. Конечно, тут же пожалел, интересно все-таки было б узнать, что это за дом из дикого камня с крышей, покрытой старинной оранжевой черепицей.

Вдали уже показались ворота, за которыми находилось кладбище, конечная цель их посещения.

— Меня интересует один вопрос, – сказал Лебедев и замолк, видно опасаясь нарушить раздумья Рыбака.