Книга Загадка неприкаянной души, страница 97 – Ирина Грин

В «Шахин-сарае» их встретили как самых долгожданных гостей. В крымско-татарской кухне Рыбак уже ориентировался, поэтому, недолго думая, заказал лагман и чай (непременно черный). Лебедев решил на этот раз не оригинальничать и потребовал себе то же самое.

Давненько Иван не ел такой достойный лагман – большие куски сочной баранины, нежная домашняя лапша, ароматные восточные приправы, свежая кинза и еще какая-то неизвестная зелень. Не осилив и половины тарелки, Лебедев осоловел, размяк. Выйдя из ресторана, программист направился к «Тойоте», но оклик Ивана остановил его.

— Мы дальше пешком, – сказал он. – Идти нужно будет в гору, так что можешь оставить ноутбук в багажнике.

Лебедев окинул напарника таким взглядом, будто водолаз, которому перед спуском предложили оставить на берегу баллоны с кислородом.

— Но почему пешком, Иван Станиславович? – спросил он. – Я видел, там есть дорога.

— Дорога есть, но не для нашего автомобиля.

— Но как же… – Лицо Лебедева приобрело мученическое выражение.

— Можешь подождать меня в автомобиле, – «сжалился» над напарником Иван, – а лучше посиди в кафе. Вдруг я задержусь, сможешь вздремнуть на диванчике.

В ответ Лебедев лишь гордо мотнул головой и зашагал к бетонной дорожке, ведущей в горы. Вскоре они дошли до вырубленного в скале монастыря, к которому вела широкая лестница. Вид его был настолько величественным, что Иван, в общем-то не особо сведущий в церковных делах, притормозил, не в силах оторваться от такой красоты. Как обычно, все испортил Лебедев.

— На Хогвартс похоже, да, Иван Станиславович? – задыхаясь то ли от волнения, то ли от восторга, заявил он.

Иван только рукой махнул и зашагал дальше.

Сразу за монастырем бетонная дорожка закончилась, дальше путь лежал по каменистой тропе. Минут через десять они дошли до стены с каменной аркой. Рядом с аркой висела табличка. «Газы-Мансур. Текие дервишей. Мусульманское кладбище», – прочитал Лебедев.

— Это не наше кладбище? – спросил он у Ивана.

Иван не ответил.

— Дервиши – это вроде как монахи? – не унимался программист. – А что такое текие?

Не дождавшись ответа от напарника, Федор задал те же вопросы поисковику своего смартфона. Тот тоже не ответил.

— Интернета нет. Горы, – на ходу бросил Иван. – Текие – это место, где дервиши собирались для совместных постов и молитв. Дервиши – монахи, но не совсем. Дервиш мог жениться, мог иметь какую-то собственность, жить вне обители, но всегда должен был делиться и быть готов отдать все, что у него было, порой в ущерб себе и своей семье.

— Как наш Тимур Михайлович, – сделал вывод из сказанного Федор. – Все свое имущество отдал Кристине с Настей, а теперь и Асе. Наверное, он из рода дервишей.

— Дервиши – это скорее мы с тобой. Странствуем по миру, но всегда возвращаемся в свое текие.

Во взгляде, который пыхтящий Лебедев бросил на Рыбака, сквозило невиданное до сих пор уважение, и Иван, узнавший о дервишах от Аси во время их поездки в Крым^[11], решил упрочить полученный результат.

— У дервишей, – сказал он, слегка замедлив шаг, чтобы дать напарнику хоть немного отдышаться, – есть очень интересный обряд – ритуальный танец. Они кружатся на месте под музыку, впадая в транс, который может длиться до семи часов. Этот своеобразный танец – способ очистить свой разум. Если дервишу это удастся, то его душа получает возможность общаться со Всевышним без каких-либо посредников. Именно в этот момент, как считается, дервиш может получить сокровенное знание от Создателя, информацию о том, что происходит в мире. Без всякого, между прочим, интернета.