Книга Дом с синими ставнями, страница 95 – Ирина Грин

— В чем дело? — насторожился Рыбак, сбрасывая скорость.

— Только что говорил с врачом, который лечил мать. Я спросил у него: мог ли причиной смерти послужить «Клиоридин»?

— И что он сказал?

— При ее состоянии сердца, гипертонии и стрессе вполне мог. Передозировка или даже стандартная доза в сочетании с ее лекарствами могли дать такой эффект. И… — Илья сделал паузу, в ней слышалось отчаяние, — он собирается поставить в известность полицию. Говорит, это его профессиональная обязанность, раз появилось такое подозрение.

Иван резко вывернул руль и притормозил у обочины, двигатель взвыл и заглох. В наступившей тишине в его голове начала складываться новая, опасная для Аси картина.

Комаров, который вел дело Галины Степановны, будет вне себя от радости. Новые обстоятельства лягут в основу идеального обвинения. Если судмедэкспертиза обнаружит в крови женщины, чье тело все еще лежит в морге, следы «Клиоридина», у майора появится не просто версия, а доказательство. Материальное, вещественное, неоспоримое. И все его стрелки будут указывать на одну мишень — Асю.

Ведь что может быть естественнее для репетиторши, которая пытается успокоить бабушку пропавшего ученика, как дать ей стакан воды? И попутно подлить в него несколько капель смертельного для Галины Степановны препарата. Вопрос «Зачем Асе это нужно?» следователь задавать не станет. У нее была возможность — этого вполне достаточно. А дальше картина выстроится сама: Ася, навестив старушку в больнице, понимает, что доза была недостаточной, Галина Степановна жива, постепенно к ней возвращается память. Громова пока еще не в себе, бредит про черную девочку, но где гарантия, что через пару дней не очнется окончательно и не назовет Асю виновной? И та решается дать ей еще одну дозу. На этот раз — смертельную.

Логика кривая, но для формального обвинения и создания неоспоримой версии — вполне сгодится. А там, глядишь, и в исчезновении Артема Асю обвинят: мол, усыпила мальчика тем же снадобьем и спрятала. Да, в квартире в тот день находилась Виктория, няня. Но Громов при Рыбаке приказал ей исчезнуть, а сама она вряд ли настолько безрассудна, чтобы не бояться последствий. Даже если найдется и даст показания в защиту Аси, для Комарова они лишь формальность, которую можно трактовать как угодно или вовремя потерять.

Иван сглотнул ком в горле. Он должен действовать быстрее, чем эта ядовитая логика оформится в официальное постановление о задержании. «Ася, Ася… — с горькой безнадежностью подумал Иван. — Не вовремя же тебе пришло в голову заняться репетиторством».

Не теряя ни секунды, Иван завел двигатель, развернулся и нажал на газ.

Он не проехал и пяти минут, как телефон снова затрезвонил. «Кристина», — прочел Иван, перестроился в крайний правый ряд и, снизив скорость, включил громкую связь.

— Как Алиса? — спросила Кристина без предисловий, и в ее обычно сдержанном голосе явно звучали тревожные нотки. — Боюсь звонить Асе, вдруг мой звонок окажется некстати. Не хочу ее тревожить.

— Потихоньку приходит в себя, — ответил Иван. — Врачи говорят, показатели стабильные. Думаю, если не сегодня, то завтра ее точно отпустят домой.

— Это хорошо, — Кристина сделала паузу, явно обдумывая, как сформулировать следующую мысль. — Вань, я тут подумала… Может, Алисе будет полезнее пожить какое-то время за городом? У Тимура, например. Свежий воздух, покой, природа… И тишина.