Книга Дом с синими ставнями, страница 7 – Ирина Грин

На другом конце провода наступила короткая пауза. Но Мария Ивановна не собиралась сдаваться так легко.

— Понимаю, понимаю, семейные обстоятельства — это главное. У меня есть еще один вариант, гораздо менее затратный по времени. Не для школы, а для одного ребенка. Индивидуально. Это очень хороший мальчик, двенадцать лет. Умный, начитанный, с прекрасной речью. Но у него определенные особенности. Гаптофобия. Вы знаете, что это?

— Боязнь прикосновений?

— Именно. Из-за этого он не может посещать обычную школу. Приступы паники, стресс. С ним занимаются педагоги на дому. А русский как раз Лидочка вела. Я подумала, может, вы рискнете? Всего несколько часов в неделю. Он живет в вашем районе. Бабушка его к Лидочке домой возила. Она пенсионерка, очень активная, сама машину водит, и для нее возиться с внуком в радость.

Образ сразу выстроился в голове: тихий, умный мальчик, который боится чужих рук. История, полная боли и тайны. Похоже на сюжет из книги. Это уже интереснее, чем целый класс сорванцов.

— Я… мне нужно подумать, Мария Ивановна, — сказала Ася. — Посоветоваться с мужем, решить кое-какие организационные вопросы.

— Конечно, конечно, Анастасия! Не спешите. Подумайте. Я вам очень-очень благодарна уже за то, что вы не отказались сразу. Перезвоню через пару дней?

— Да, конечно. Или я сама вам позвоню.

Ася медленно положила телефон на стол. В комнате наступила гулкая, обволакивающая тишина. Но теперь она была иной. В ней словно звучало эхо из прошлого: голос Марии Ивановны, воспоминания об учениках, образ незнакомого мальчика с гаптофобией.

Ася перевела взгляд на экран ноутбука. Похоже, работа над романом о буднях «Кайроса» снова откладывается на неопределенный срок. Но на этот раз мысль об этом не вызывала привычного чувства вины. Напротив, звонок Марии Ивановны стал тем самым мостом, что был перекинут из мрачного, вымышленного мира, в котором она пыталась укрыться от собственных страхов, обратно — в мир реальный.

Туда, где она была не просто матерью и женой, отчаянно пытающейся доказать свою состоятельность, и не просто писательницей, блуждающей по темным закоулкам чужих преступлений. Туда, где она снова могла быть тем, кем мечтала стать когда-то. Учителем. И впервые за долгое время это ощущение не пугало. Оно было интригующим.

Вечером, после ужина, когда Алиса наконец уснула, Ася поделилась с Иваном предложением Марии Ивановны. Они сидели на кухне, и Ася, сжимая в руках чашку с уже остывшим чаем, говорила немного сбивчиво, ожидая критики со стороны мужа. Она сделала акцент на том, что это всего несколько часов в неделю, а мальчик не может ходить в школу из-за своих особенностей.

Иван слушал внимательно, его брови слегка хмурились, что человек, не знакомый с ним, принял бы за несогласие. Но Ася слишком хорошо знала мужа и понимала, что информация вызывает у него живой интерес.

— Гаптофобия? — переспросил он. — А что это конкретно значит? Какие симптомы?

Ася, немного оживившись, объяснила:

— Это боязнь прикосновений. Даже случайных. Непереносимость физического контакта. У него может быть паника, учащенное сердцебиение, потливость, если кто-то нарушает его личное пространство. Поэтому он и не в школе — там постоянно кто-то может задеть, толкнуть…