Книга Да, господин депутат, страница 40 – Роман Путилов

— Видишь его?

— Ни хрена не вижу! Я вообще не вижу в темноте.

— Значит беги, звони ментам.

— А что сказать то?

— Не знаешь, что сказать? Неустановленный попытался проникнуть в мэрию, одет во все темное.

— Так тот парень, в вывихом, сказал, что знает его…

— Ты видел, что в том кабинете творилось? Они там попойку устроили. Этот, с вывихнутой ногой, сам выпивший, и что он мог в темноте разглядеть? Сам поди, с пьяных глаз, об стол запнулся, а сейчас лепит, что попало. Вот оно тебе надо? Доложим завтра по смене, что в мэрию пытались влезть, а мы это дело пресекли, ментов сориентировали, и получается, что мы молодцы. А что там этому алкашу в темноте показалось — дело не наше, у него свое начальство есть, пусть оно с ним разбирается.

— Слушай, ну как-то это неправильно…

— А вот тут я с тобой согласен. Надо у старшего взять фотоаппарат и сходить сфотографировать следы той пирушки в кабинете на последнем этаже. — после этих слов окно наверху, с дребезгом, захлопнулось и голоса охранников перестали доноситься.

Я позволил себе простоять у такой устойчивой стенки всего одну минуту, а потом торопливо похромал мимо парадного входа в мэрию в сторону стоянки, где меня дожидался верный джип. До приезда ментов уехать я не успел — две патрульные канарейки подъехали к высокому крыльцу мэрии и несколько человек в шинелях цвета маренго торопливо поднялись по гранитным ступеням. Через несколько минут патрульные милиционеры вернулись в свои экипажи, и машины, украсившись всполохами фиолетовых мигалок на крышах, покатили в сторону Дома Лысого Вождя, очевидно, ловить жулика, одетого во все черное.

Я завел двигатель и через пять минут выкатил со стоянки и покатил по Красивому проспекту в сторону Заречного района. Спина и ноги болели, но не вполне терпимо и была надежда, что мне достаточно будет отлежаться лишь завтрашний день.

Декабрь 1995 года. Город. Сердце Города. Здание мэрии.

О досадном ночном происшествии начальник охраны мэрии доложил мэру только утром следующего дня, причем дело было подано так, что никакого проникновения в здание мэрии не было. Просто кое кто, а именно, неназванный депутат из большевистской партии плохо закрыл окно кабинета на втором этаже и оно распахнулось от порыва ветра, чем вызвало «сработку» тревожной сигнализации, а Яков, перепив на своей фракции, в темноте опрокинул стол, упал сам, вывихнул ногу и разбил себе нос, а его фантазии о нападении на него — просто нелепая попытка «отказаться», заодно попытавшись замарать своего недруга, так как, несмотря на все старания сотрудников охраны никакого подтверждения присутствия в здании мэрии еще одного человека не нашлось.

Мэр брезгливо отложил в сторону тонкую стопку листочков рапортов о ночном происшествии и отпустил начальника охраны. Смотреть следы попойки большевиков он посчитал ниже своего достоинства, да и взбираться на последний, пятый этаж, было тем еще испытанием. Главный архитектор города уже пару месяцев, как обещал предоставить проект лифта, который бы удалось удачно вписать в конструктив старого здания, но, до сих пор не чешется, сволочь такая. Ну ничего, после Нового года прибежит согласовывать проекты «точечной» застройки, вот тогда и поговорим.

— А не проверяли где в этот момент находился вот этот второй, Громов который? — мэр ткнул пальцем в фамилию на объяснительной Якова.