Книга Да, господин депутат, страница 37 – Роман Путилов

— Выполняю указания… — потерянным голосом пробормотал Матвей.

— Ну и отлично. — я подтянул к себе телефонный аппарат: — Поверь, Матвей, ты будешь в надежных руках и эти праздники будут для тебя незабываемыми, ты еще возвращаться сюда не захочешь.

Город. Сердце Города. Здание мэрии.

Оставшиеся пара дней уходящего года отметились двумя забавными происшествиями и одним моим фиаско, а в остальном я правил проекты законодательных инициатив по своей линии работы.

Первое происшествие случилось после обеда, когда я в благодушном настроении вышел из столовой мэрии (Матвей на меня дулся, в столовую со мной не ходил, подозреваю, пользуясь удостоверением, прорывался в студенческую «столовку» архитектурной академии, что находилась от нас в трехстах метрах.

Так вот, я подошел к лестнице, будучи в расслабленном состоянии, вскинул голову и заметил замершего в трех ступеньках от меня подлеца и предателя Геращука, который мне остался должен за четыре пары модных импортных заплаток на пиджаки, о чем я ему громко, на все фойе мэрии и заявил. А потом бросился вверх, проскочив пару ступенек одним прыжком и громко топая ногами на месте. Было очень весело наблюдать, как Геращук запнулся на середине длинной лестницы и оставшуюся часть лестничного пролета преодолевал, на четвереньках, помогая себе бежать с помощью рук.

Фиаско у меня произошло, когда я попытался нанести примирительный визит к господину Климчуку, Альберту Степановичу, начальнику управления мэрии по обеспечению деятельности этой самой мэрии. Господин Климчук восседал, иначе не скажу, в великолепном новом кожаном кресле, даже не знаю, под какой расшифровкой они продаются в элитных мебельных салонах? Ну, точно, не «Президент», вероятно «Король» или даже, «Император».

Глаза главного завхоза мэрии торжествующе блеснули, когда я, с приличествующей его рангу, бутылкой «Хеннесси», постучал в его кабинет. На мои поздравления с покупкой новой мебели, мужчина сухо ответил, что это подарок, а мой презент категорически отверг, сообщив, что он спиртное не употребляет. Очевидно, что я пришел к Климчуку с каким-то неправильным спиртным, так как многочисленные пакеты с элитным алкоголем в два ряда выстроились вдоль стенки кабинета. Поняв, что в «Прощенное воскресенье» мне сегодня поиграть не удастся, а поздравил Альберта Степановича с наступающим Новым Годом и покинул помещение, где мне не были рады.

Тем же вечером, который официально считался последним рабочим днем. Я засиделся допоздна за работой и вышел из кабинета, когда коридоры и лестницы мэрии освещались лишь дежурными лампами, а кабинеты были безлюдны. Многочисленные шаги и голоса с верхнего этажа заставили меня остановиться и прислушаться.

А голоса то были знакомые. Судя по всему, руководители городских депутатских фракций, забравшись в один из кабинетов верхнего этажа, где народу в этот день было поменьше, и предались невинному загулу с употреблением алкоголя, а теперь покидали стены родной мэрии.

— Яков! — раздался голос главного либерала: — ты там за нами тщательно прибери и кабинет проветри, а то нам Аполинария Августовна, в следующий раз, ключи от своего кабинета не даст.

— Анатолий Борисович! — узнал я голос Якова: — А можно, я завтра утром уберу? Я прямо с раннего утра прибегу и все уберу. Мне просто сейчас надо…