Книга Два лица смерти, страница 51 – Эжен Марсэль

Едва мы отъехали от Сиэтла, как Дон задумчиво проговорил:

— И почему вообще люди селятся в маленьких городах? Разве не лучше жить в мегаполисе и наслаждаться в полной мере благами цивилизации?

— В пригородах тоже есть определенное очарование, — улыбнулась я его словам. — Ты поймешь, когда мы приедем в Даун Крик.

— Это вряд ли, — скривился любимый. — Что мне может понравиться в подобной дыре?

— У нас чистый воздух и красивая река. После ужина я покажу тебе свое любимое место, и…

— Теперь мне ясно, почему у тебя настолько дурной вкус, — перебил меня Дон. — Кроме грязной реки и людишек с низким уровнем интеллекта ты в своей жизни ничего не видела.

Я задохнулась от таких уничижительных слов, но промолчала.

До Даун Крика мы доехали в гробовой тишине. Продолжение последовало после того, как он увидел наш всегда казавшийся мне милым и уютным дом.

— Надеюсь, это домик для гостей, а не все ваше жилище? — высокомерно поинтересовался Дон и тут увидел родителей, вышедших на крыльцо встречать нас. — Прошу, не говори, что эта жуткая тетка в старомодных шмотках и есть твоя мать! — простонал он. — Это так пошло и безвкусно — носить укороченный силуэт!

Я не знала, что сказать, поэтому снова проглотила обиду. Когда машина остановилась, я выбежала, не только желая поскорее обнять маму с папой, но и чтобы не ляпнуть что-нибудь в ответ.

Язвительностью Дон напомнил мне Адама, но у брата хотя бы имелась причина не уважать родителей. Я не понимала, как мне себя вести и что делать. С одной стороны, я любила своего парня и всем сердцем желала быть с ним до гробовой доски, но с другой — это же мои родители! Как можно мириться с подобным отношением к самым близким мне людям? Я начала жалеть, что затеяла это знакомство.

Следующим потрясением стало поведение родителей. Я, естественно, упоминала в разговорах с ними, что Дон — сын людей, занимающих высокие посты, но не ожидала, что мама с папой станут пресмыкаться перед ним. Ладно маменька, которая перебарщивает со значением общественного мнения, но чтобы отец так себя вел?.. С первой минуты они стелились перед отпрыском Трикстеров, будто он особа королевских кровей. Когда Дон откровенно грубо сказал «вы выглядите намного старше и хуже, чем я себе представлял», мама всего-навсего громко и неестественно рассмеялась в ответ, будто он удачно пошутил. А папа лишь поддакнул «вы совершенно правы» после того, как Дон отметил убогость обстановки и «как ужасно, что в доме нет отдельной столовой».

Во время праздничного ужина отвратительное поведение любимого достигло апогея. Отрезая кусок от лучшего маминого кулинарного шедевра — запеченной индейки, — он демонстративно закатил глаза и произнес:

— Что ж, надеюсь, готовите вы лучше, чем выбираете напитки к столу. Эту низкопробную кислятину, которую я, к сожалению, успел пригубить, даже вином трудно назвать.

Вместо того, чтобы возмутиться хамством гостя, папа снова залебезил:

— Вы совершенно правы, мистер Трикстер. Приношу вам искренние извинения. В следующий раз такое не повторится.

— В следующий раз? — манерно поднял бровь Дон.

Я ошеломленно посмотрела на отца и открыла рот, чтобы выразить протест, но в этот момент мама пнула меня ногой. Тогда я извинилась и вышла из-за стола. Я больше не могла смотреть на этот театр абсурда, где Дон играет роль господина, а родители — его преданных вассалов. Укрывшись в ванной комнате, я лихорадочно соображала, как исправить набирающую обороты катастрофу.