Книга Два лица смерти, страница 102 – Эжен Марсэль

Я снова погрузился в записи отца. Когда дошел до его предположения о том, что за несколько лет до серии у Чистильщика была еще одна жертва, самая первая (он назвал ее «случайной»), я наткнулся на слово «воскресенья» и рядом три вопросительных знака. Тут же лежал сложенный в несколько раз листок. Я не раз видел эту закладку, но никогда не обращал на нее пристального внимания. Сегодня же я решил развернуть ее — вдруг там что-то важное?

Оказалось, что листок — это не закладка, а сложенная в несколько раз карта Восточного побережья. На ней отец крестами отметил города, в которых произошли преступления, и даты их совершения. Сердце забилось сильнее, словно я золотоискатель времен лихорадки и нашел первый в жизни самородок. Быстро открыв на компьютере календарь, я обнаружил, что все убийства действительно произошли в воскресенье. Интересно! Я посмотрел на даты нынешних преступлений. Так и есть, тоже воскресенья! Я обрадовался… но тут же потух. Данная информация ничего не прояснила. Единственная польза от открытия — еще одно косвенное совпадение, не более.

Я до боли в глазах пялился в карту, крутил ее и так, и эдак.

— Тут должно быть что-то важное. Не мог отец положить ее в записную книжку просто так. Крестики… Зачем он отмечал на карте места преступлений? Что хотел увидеть? Какую-то закономерность? Связь?

Я разочарованно вздохнул и решил передохнуть.

Когда я возвращался со стаканом кофе в здание полиции Сиэтла, мой взгляд упал на полустертое граффити в виде пентаграммы. Меня как током ударило. Одним глотком я допил кофе и взлетел на второй этаж.

— А может, выбор городов неслучаен?

Я схватил карандаш и соединил все пять крестиков между собой. Получилась не пентаграмма, но стилизованная буква «В» — знак, вырезанный на жертвах. Я загрузил в ноутбук карту Сиэтла и отметил места обнаружения тел. Мне не хватало только одной точки, но и без нее я увидел тот же знак. Руководствуясь рисунком, я провел еще одну линию. Выходило, что пятую жертву должны убить в районе Грин-Лейк. Я обвел полученный участок, позвонил Беркли и попросил срочно подойти.

— Вы все еще считаете свою версию жизнеспособной? — с сочувствием спросил детектив, глядя на мой внешний вид, который и вправду оставлял желать лучшего.

— Посмотрите, что я обнаружил благодаря записям отца! — воскликнул я, лихорадочно тыча карандашом в экран компьютера.

— И что это значит? — не понял Беркли.

— Это означает, что пятое убийство будет в этом районе, я уверен, — указывая на выделенный участок, пояснил я. — Смотрите, везде фигурируют разные парки: Свен Миколсон — Олимпийский парк скульптур, Фрэнк Питерс — Уэсткрест-парк, Брайан Хьюз — Ньюкасл-Бич Парк, и наконец Марка Пейджа нашли недалеко от Морнингсайд-парка.

— И что?

— Если соединить все точки, то пятая жертва будет найдена в районе Грин-Лейк Парка или Вудленд-парка.

— Но прошло уже три недели с последнего убийства, и дай бог, больше не будет никаких трупов.

— Его нет… пока… Или… — Я хлопнул себя по лбу. — Или оно уже было! За пределами сложившихся временных рамок в одну-две недели! Как же я сразу об этом не подумал, как только понял, что пятого трупа нет?! Потому что он не пятый, а первый! Нужно срочно посмотреть все убийства в этом районе за последние полгода! Ставлю пятьдесят баксов, что он есть!