Книга Тень княгини, страница 60 – Алеся Кузнецова

— Вы пойдете в операционный блок? — ахнул Артур. — Но официальный инвестор проекта лазерных инноваций не имеет права…

— Я и есть этот проект, — оборвал его Марк. — Все, работай.

Он погасил экран. В палате снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным, тихим гулом серверных кулеров. Марк откинулся на спинку кресла и посмотрел на свои ладони. Они слегка дрожали.

Он мог просчитать миллиардные рынки, мог обмануть консилиумы профессоров, мог заставить нейросеть подстраиваться под живой орган. Но сегодня в коридоре, когда ее тонкие пальцы со шрамами сжали его локоть, вся его гениальность рассыпалась в пыль. В ту секунду он был просто напуганным мальчишкой, который молил вселенную только об одном: чтобы завтра этот чертов лазер, ведомый его кодом, вернул свет в ее глаза.

Однако утренний консилиум разнес все его планы в щепки. Кураторы проекта, которые два месяца согласно кивали и говорили, что все разрешения будут получены, теперь лишь пожимали плечами. Патч Демидова, несмотря на идеальные логи валидации, сочли слишком экспериментальным. Юридический страх перед возможным повреждением зрительного нерва перевесил любые инвестиционные гранты.

Главврач виновато разводил руками, не смея поднять глаз на рассвирепевшего Марка:

— Марк Альбертович, нам запретили. Категорически. Нужен созыв комиссии по биоэтике и подписи ведомства. Раньше следующего четверга лазер никто не включит. Нам нужна неделя. Минимум неделя.

Демидов ударил кулаком по стене.

— Вы два месяца говорили, что все получится! И что теперь?!

— Прошу вас. Успокойтесь. Мы сделаем все, что в наших силах. Просто дайте чуть времени.

Главврач быстрыми шагами удалялся по коридору, а Марк, тяжело дыша, пытался взять под контроль внутренний ураган.

— Эй, привет… Все совсем плохо?

Марк резко обернулся, почувствовав теплое, деликатное прикосновение к своему плечу. Внутри все мгновенно обледенело.

Перед ним стояла Анна с тугой повязкой на глазах. Одной рукой она держалась за стену, а второй касалась его руки.

— Я тебя по голосу узнала, — тихо добавила она.

Марк испугался так, как не боялся никогда в жизни — ни в кабинетах министров, ни на мировых технологических биржах. Он замер, затаив дыхание, превратившись в монолитное соляное изваяние. Пальцы судорожно сжались в кулаки.

Все кончено. Она поняла. Сейчас эта израненная, гордая женщина оттолкнет его, устроит скандал и навсегда закроет перед ним двери. Снова откажется его видеть так, как отказывалась последние месяцы, не удостоив его ни одной встречи. Он приготовился к удару, к ее привычному гортанному хрипу: «Уходи немедленно!»

Но Анна, не дождавшись ответа, лишь мягко провела ладонью чуть ниже по его предплечью, нащупывая рукав помятой трикотажной кофты. На ее лице под тугой, закрывающей глаза повязкой проступила робкая, удивительно теплая улыбка.

— Эй, Кто-нибудь, ты только не грусти, — ее низкий, огрубевший голос звучал пугающе обыденно и нежно. — Мне вот тоже сегодня операцию отменили… Профессора там что-то не поделили, подписи какие-то ждут. А я ведь тоже так надеялась. Думала, завтра все наконец закончится.

Марк медленно, со свистом выдохнул сквозь зубы. Сердце ухнуло куда-то в самые тапки, а к горлу подкатил тяжелый, удушливый ком.

Она не узнала Демидова. Она пришла на крик своего вчерашнего поводыря. Того самого «Кто-нибудь» из соседней палаты, которому, как она думала, главврач только что точно так же разнес в щепки последнюю надежду.