Книга Тень княгини, страница 59 – Алеся Кузнецова

Он прошел в глубину палаты. Здесь не было и следа больничного уныния: казенную кровать Марк приказал сразу выкатить, заменив ее на строгий кожаный диван. На длинном столе, вместо лекарств и капельниц, ровным строем стояли два мощных рабочих ноутбука, портативный сервер и три монитора, заполненные бесконечными бегущими строками программного кода и трехмерными медицинскими рендерами человеческого глаза. Демидов не ложился сюда лечиться. Он перенес в обычную клинику свой главный, самый секретный командный пункт.

Марк сел в кресло, коснулся сенсорной панели, и один из мониторов ожил. Спустя пару секунд на экране появилось усталое лицо его главного архитектора по нейросетям — Артура, который выходил на связь прямо из их лаборатории ИИ.

— Марк Альбертович? — Артур поправил очки, вглядываясь в камеру. — Добрый вечер. Выслали последние логи симуляции роботизированной коагуляции сетчатки. Но скажу сразу: профессура уперлась. Они утверждают, что автоматический трекинг лазера в сочетании с нашей ИИ-моделью прогнозирования микродвижений глаза — это юридическое самоубийство. Клинических испытаний софта на людях с такой тяжелой травмой не было. В случае сбоя алгоритма риск повреждения зрительного нерва лазером слишком высок. Они не подпишут протокол безопасности для завтрашней операции.

Демидов потянулся к столу, взял стакан с водой, сделал глоток и посмотрел на инженера тяжелым, сумасшедшим взглядом гения, который когда-то пять лет назад наперекор всему миру остановил съемку одной известной телезвезды.

— Мне плевать на их страхи, Артур, — голос Марка прозвучал тихо, но в нем была литая, непреклонная сталь. — Передай им, что если они не подпишут протокол, я отзываю весь инвестиционный грант на их исследовательский центр. Полностью. Пятьдесят миллионов евро. Пусть ищут других дураков.

— Но Марк — Артур замялся. — Проблема не только в чиновниках. Алгоритм, который корректирует луч лазера в реальном времени, нестабилен. При пиковых нагрузках на сканерах происходит взрыв градиента — нейросеть теряет фокус сетчатки и выдает критическую ошибку. Мы не можем понять, где сбоит математика.

Марк резко придвинул к себе клавиатуру, его длинные пальцы привычно и стремительно забарабанили по клавишам, разворачивая скрытые слои программного кода.

— Математика не сбоит, Артур. Сбоит ваша логика, — Марк вывел на экран сложнейшую многоуровневую формулу. — Вы пытаетесь просчитать живой орган как статичную SD-матрицу. А глаз пластичен. Плотность и натяжение тканей меняются каждую секунду, особенно под воздействием лазерных вспышек. Я вчера ночью полностью переписал блок предиктивного трекинга. Лови патч. Я заложил туда динамическую погрешность на деформацию и биологический шум. Запускай валидацию на серверном кластере.

На экране у Артура замигали зеленые маркеры — система приняла код и начала симуляцию. Инженер придвинулся к монитору, его глаза округлились, когда он начал вчитываться в графики перерасчета.

— Невероятно… Ошибка ушла, — пробормотал Артур, и в его голосе проступил суеверный восторг. — Система теперь сама адаптируется под микродвижения глаза. Марк Альбертович, вы когда спали в последний раз? Вы же программируете на коленке в больничной палате!

— У меня много свободного времени, — сухо отрезал Демидов, глядя на то, как нейросеть на его мониторе, закончив обработку патча, начала безошибочно выстраивать идеальную, чистую карту лазерных коагуляций для завтрашней операции Анны. — Наша ИИ-модель должна вести медицинский лазер бесконечно мягко. Шаг за шагом. Как поводырь. Ошибка исключена. Каждая микросекунда задержки сканера — это ее темнота. Вылизывайте код до утра. Завтра в девять я сам буду в аппаратной контролировать серверную модель во время операции. Главврач в курсе.