Книга Голоса в комнате эхо, страница 66 – Влада Ольховская

А для Гарика плохо было то, что Костенко пришел не один. Две тощие фигуры в темноте профайлер упустил – потому что не искал. Он-то был уверен, что Костенко разыграет один из двух сценариев! Либо сделает все сам и попрет напролом, либо задействует каких-нибудь недоумков, но попытается заманить Гарика на нейтральную территорию. Кто ж знал, что он решит взять все и сразу? Он пришел в дом Гарика, явно осознавая весь риск такого предприятия, да еще и двух нариков каких-то с собой притащил.

То, что они нарики, видно невооруженным глазом, да и ведут себя соответствующе. Профессионалы просто перехватили бы Гарика, эти же напали, ударили сразу, с двух сторон. Профайлеру оставалось лишь закрыться от них, надеясь, что они подсели недавно и не успели еще подхватить никакую заразу, которая рано или поздно станет бонусом к товарам Костенко.

Нарики плохо контролировали ситуацию, они быстро входили в раж, и главному даже пришлось прикрикнуть на них, чтобы они не убили Гарика прямо так, на месте. Но Гарик знал, что не убьют: не выстрелили же! Да и ради убийства на месте не нужно три человека.

Иллюзий насчет собственного будущего он тоже не питал: убьют обязательно, не зря же они свои мордашки перед ним засветили! Но перед этим будут говорить, им явно что-то нужно. Так что Гарик не рвался в веревках, которыми его примотали к креслу, и грустно хлюпал разбитым носом. Не сломали – и на том спасибо, да и в целом серьезных повреждений нет, так, картинка одна, которая заставляет их почувствовать себя очень крутыми гангстерами.

Окрыленный успехом только-только сколоченной банды, Костенко подошел вплотную к профайлеру и прижал пистолет к его лбу.

— Говори! – приказал он.

— Где танки? – выдал Гарик.

— А что – танки?

— А что говорить?

— Ты что, не понимаешь, что происходит?!

— Я же пьяный, – подсказал профайлер. – Кто в три часа ночи трезвым домой приходит?

— Какого хрена ты не боишься?!

— Я никакого хрена не боюсь. А конкретно тебя я ждал. Да и ты сюда не просто так пришел, тебе Федя Войцеховский дружественный пинок под зад отписал, когда я его чуть-чуть шуганул. Круто, да? Опять на тебя грязную работу скинул.

— Заткнись! И говори!

— Мне нравится, как минимум один из твоих приказов я все время нарушаю, причем вполне легально, – оценил Гарик.

— Слышь, шутник, кому еще ты рассказал про это? Кому втюхал этот бред?

Так, а вот это очень плохо… Не то, что они таким заинтересовались – это как раз понятно. Но Костенко не спросил, кто навел Гарика на них. Значит, они уже поняли, что за всем стоит Карина Романова, она мелькала рядом достаточно часто. Скорее всего, ее тоже решено убрать, чтобы покончить с этой историей раз и навсегда.

— Да много кому я рассказать успел, – вздохнул Гарик. – Всех и не сосчитаешь… Это ж моя любимая тема теперь, я так с девушками знакомлюсь: «Эй, красотка, хочешь узнать, кто убил Ульяну Романову?»

Гарик осознавал, что нарывается, и, конечно же, снова получил. Удар мог бы стать опасно сокрушительным, если бы профайлер вовремя не заметил, как замахивается Костенко. Поэтому Гарик сдвинул голову по направлению удара, чтобы уменьшить вред, но боль все равно полыхнула.

— Тебе кажется, что это смешно? – процедил сквозь сжатые зубы Костенко.

— Скорее, тупо – спрашивать меня о таком. Понятно, что я не болтал всем подряд, но оставил себе подстраховку. Если я погибну или даже пропаду, дело возобновится – и в совсем другом масштабе.