Книга Перелом, страница 111 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Я не успел ответить. Из темноты за их спинами, прямо из ниши в стене, которую я считал глухой, выступил Кай. Он двигался абсолютно беззвучно. Нож Кая вошёл в шею грабителя с дубиной прежде, чем тот успел обернуться. Второй дёрнулся, пытаясь ткнуть меня клинком, но я отшатнулся назад, вжимаясь спиной в холодный камень. Кай перехватил руку бандита, вывернул её и быстро полоснул по горлу. Тела осели на пол, заливая камень тёмной кровью. Кай вытер лезвие о драную рубаху одного из них и убрал нож за пояс.

— Нужно было оставить одного, чтобы допросить, узнать, кто послал, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Адреналин бился в висках, но я не мог показывать слабость.

— Их послал никто, — ровно ответил Кай. — Просто крысы. Но теперь другие крысы будут знать, что тут ходит Макс, а его тень убивает.

И он был прав. Трупы мы бросили прямо в сточной канаве. На следующее утро об убийстве знал весь третий уровень. Слухи о Кае, человеке, который убивает без звука и не оставляет свидетелей, распространились быстрее, чем я планировал. Это стало частью моего бренда.

Когда я приходил собирать дань или продавать мыло, на меня смотрели теперь не как на пронырливого учётчика. На меня смотрели как на того, за кем стоит тихая смерть. Люди платили вовремя. Ни один медяк не задерживался в чужих руках.

* * *

Алкоголь и мыло дали мне основу капитала. Но я искал нечто большее. Я хотел абсолютной независимости от таких, как Корд. И ключом к этому стали ароматические масла.

Однажды Ульф и Хард, вернувшись со второго уровня, рассказали мне о караване торговцев издалека. Они привозили ткани, соль и, что было важнее всего, сухие цветы и травы из далёких земель.

Я поднялся наверх, используя свой значок, и нашёл торговца. Это был смуглый жилистый мужчина, уставший от подземной сырости. Он продавал сушёную лаванду, какие‑то синие горные цветы и пучки дикой мяты. Цены были конскими — травы издалека стоили дороже серебра по весу. Я купил всё, что у него было, отдав почти весь свой резерв серебряных монет Корда.

Вернувшись на склад, я переделал один из перегонных кубов Лейны и чисто-начисто отмыл, убирая запахи. Вместо браги я залил в котёл воду, закинул туда несколько горстей тех трав, что еще были сырыми и довёл до кипения. Пар проходил через растения, поднимался по трубке, проходил через змеевик, охлаждался и капал в приёмник.

Первые капли были почти прозрачными, но, когда я поднёс их к носу, меня бросило в жар. Концентрированный, яркий и сильный запах луга, солнца и ветра. Кажется, эта штука называлась гидролат. Масло собралось наверху жидкости, и было его поразительно мало — грамм тридцать, не больше. Зато это — настоящее эфирное масло.

Это был прорыв. Я добавлял всего пару капель этого масла в премиум‑сорт мыла на примерно килограмм основы, и оно мгновенно изгоняло подземный смрад. Я разлил масло по двум крошечным стеклянным ампулам, которые выменял у Дарена, и взял одну штуку с собой на первый уровень.

Проникнуть на первый уровень было сложнее. Значок Корда открывал второй уровень, но первый охранялся настоящей гвардией. Мне пришлось обратиться к Корду. Я показал ему ампулу. Он вынул плотно притёртую пробку и по его залу разлился аромат, которого каменные стены не знали со времён постройки. Корд, этот холодный, расчётливый торговец, застыл, прикрыв глаза.