Книга Чужие среди своих, страница 45 – Lost In Space

В коридоре царил абсолютный хаос. Красные сирены выли на запредельной громкости. Из вентиляционных шахт ударили струи белой пожарной пены. Гвардейцы Инквизиции, которые еще минуту назад стояли с каменными лицами, теперь в панике отступали от распахнутого зева «Сингулярности», откуда вырывались языки пламени.

Они увидели меня, лежащего на полу. Два штурмовика бросились ко мне, не понимая, что происходит.

— Командор! — один из них схватил меня за плечи, пытаясь поднять. — Что там произошло?!

Я закашлялся, изображая контузию, хотя кашель был вполне настоящим — легкие обжигал горячий газ. — Диверсия! — прохрипел я, цепляясь за его броню. — Термозаряд на консоли... Чуть не сжег меня! Реактор перегревается! Магистраль пробита!

Слово «реактор» подействовало на ксаарианцев как магическое заклинание. Страх расплавления перевесил все приказы Ваэля о слежке за мной.

— Внимание всем постам! — заорал гвардеец в коммуникатор на запястье. — Код Красный! Террористическая атака в нулевом секторе! Угроза ядру! Требуются аварийные бригады!

Они оттащили меня к стене, подальше от жара. — Вам нужна медицинская помощь, милорд!

— Я в порядке! — я грубо оттолкнул его руки, играя роль разъяренного офицера, чудом избежавшего смерти. — Спасайте кристалл, идиоты! Если ядро расплавится, нас всех испарит!

Гвардейцам не нужно было повторять дважды. Они бросились к дверям шлюза, активируя портативные генераторы силовых полей, пытаясь сдержать рвущийся изнутри огонь. В коридор уже вбегали технические дроны и пожарные расчеты низших каст с тяжелыми шлангами хладагента.

Всем было плевать на одинокого командора. База боролась за выживание.

Я воспользовался хаосом. Прихрамывая на обожженную ногу и держась за ушибленные ребра, я скользнул в боковой технический коридор, скрываясь в клубах белого пара и дыма.

Сирены выли, переборки дрожали от криков и команд. Тэра-4 гудела, как растревоженный улей. Идеальный сбой удался. Никакой Инквизитор теперь не сможет восстановить данные с расплавленной консоли. Следы взлома сгорели в плазменном огне.

Я прислонился к холодной стене в темном тупике старой насосной станции, тяжело дыша. Легкие горели, во рту стоял вкус крови и пепла. Я поднял левую руку и активировал наручный терминал.

Зеленые цифры координат тускло светились в полумраке. Пакет сохранен.

Мы сделали это. Данные у меня. Но радоваться было рано. Ваэль не идиот. Когда он узнает о взрыве, он мгновенно сложит два и два. Он поймет, что взрыв был не случайностью и не актом слепого саботажа. Он поймет, что я заметал следы. И теперь у него не останется причин играть со мной в светские игры.

Глобальная изоляция базы, о которой он предупреждал, больше не требовалась. База уже была изолирована из-за аварии. Ни один корабль не покинет ангары. Ни один сигнал не уйдет за пределы системы.

Игра в прятки закончилась. Завтра Ваэль вызовет меня на допрос, и там не будет тренировочных клинков. Там будут нейро-интеррогаторы и сыворотки правды.

Я убрал терминал, выпрямился, превозмогая боль, и медленно пошел по темному коридору в сторону жилых секторов. Настало время готовиться к очной ставке. И к тому, чтобы превратить допросную камеру Инквизиции в ее же могилу.

13: Очная ставка

Аварийное освещение заливало мою каюту густым, пульсирующим багровым светом. Вой сирен, пробивавшийся даже сквозь толстую звукоизоляцию стен, стих около часа назад, сменившись монотонным, лишенным эмоций голосом автоматической системы оповещения.