Книга Женщина, создавшая короля. Книга 1, страница 148 – Ким Чжи Ын

Пугём склонил голову, хотя и уже сдержаннее. Даже Сухо, впервые видя его таким, не смог ни пошутить, ни поддеть как обычно.

— То, что я осуждал Сухо за его стремление к справедливости, высмеивал его, – все это было лишь оправданием для моей слабости. Простите. Простите за то, что десять лет назад, будучи дознавателем Ведомства справедливости и законов, я не исполнил свой долг. Простите за малодушие, которое, пусть и на мгновение, заставило меня колебаться. Я обязательно приму наказание.

У, молча выслушав его, слабо улыбнулся. Впервые он видел человека, столь тяжело переживающего свою ответственность. Его упрямое желание прийти в столь поздний час, его прямота, с которой он просил прощения, вызывали не упрек, а уважение.

— Тебе стоит просить не прощения, а благодарности. И сколько бы я тебя ни благодарил, все равно будет мало. Если бы не твои показания, твои записи, я не смог бы доказать свою невиновность. От всего сердца благодарю тебя.

У перевел взгляд на Сухо, стоявшего рядом.

— А как мне выразить всю ту благодарность, что я чувствую к тебе? Ты до конца исполнял мои приказы, верил в меня, защищал Дам и остался верным другом.

Затем он повернулся к Тучхону, который снова всхлипывал и шмыгал носом.

— Евнух Пак. Спасибо, что не сдался, ждал меня все это время. Я стану тем принцем, которого ты надеялся однажды увидеть. И надеюсь, что и дальше ты будешь рядом.

Только обратившись к каждому с благодарностью, У по-настоящему осознал: восстановление произошло. Одного понимания, что он снова может заставить этих людей улыбаться, было достаточно, чтобы почувствовать глубокое облегчение.

— А теперь мне нужно уйти. Все остальное обсудим завтра, когда указ будет обнародован.

У резко поднялся, одним движением развеивая тепло предыдущих мгновений. Сухо спросил, будто только этого и ждал:

— Вы идете в Южное крыло, верно?

— Да. Дознаватель Квак, потом расскажи мне, как и почему ты привел Соху на допрос.

У развернулся и быстро зашагал прочь – только подол халата взметнулся. Но тут нечто тяжелое с грохотом рухнуло на деревянный настил.

Сухо побелел от ужаса, подскочил, словно ужаленный, и, распахнув дверь, выскочил наружу. У бросился следом и застыл, потрясенный.

На досках лежал человек, весь в крови, будто мертвый.

— Ворён?! – вскрикнул Сухо, запоздало разглядев лицо. У в изумлении расширил глаза.

— Кто?

Принц едва не рухнул на колени, бросившись вперед, но устоял и тут же склонился над полумертвым телом. Это действительно был Ворён, но никто не смог бы понять сразу, как и насколько серьезно он ранен. Его лицо и тело были изуродованы до такой степени, что не узнать его было бы проще, чем узнать. Кровь текла столь обильно, что казалось, в теле скоро не останется ни капли.

— Тучхон, скорей в придворную лечебницу! Принеси хоть что-нибудь! Если там есть лекарка, немедленно приведи ее!

— Слушаюсь и повинуюсь!

У, отгоняя пронизывающую до костей тревогу, обеими руками крепко нажал на живот Ворёна. Рана была глубокой: стоило ему только вдохнуть, как кровь начинала хлестать с новой силой. Сухо и Пугём не стояли в стороне: разорвав одежду, они туго перевязали раненому руки и ноги, стараясь хоть как-то остановить кровь.

— Ворён! Слышишь меня? Не теряй сознание! Держись, слышишь? Держись!