Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 29 – Анна Владимирова

— Жениться? – усмехнулся.

— Давид, свадьба когда? – сдвинул он брови.

— Вот, – кивнул я на бумагу на столе. – Уже. Официально Слава моя. Благодаря тебе.

— Нет, Давид, – покачал головой Рустэм. – Мы будем праздновать. Да так, чтобы этому Роварскому икалось на том конце Москвы! Мой единственный племянник, наконец, женится! Я что, хвост должен поджать, потому что невесту увели? Хрен им всем!

Я усмехнулся.

— Славе нужна тишина, – покачал головой. – Ты же видишь, что она не согласна.

— Ритуал говорит обратное.

— Ритуал только подтверждает выбор. И избранного. Ты же знаешь.

— Ну откуда вы такие умные беретесь, а?! – откинулся в кресле Рустэм. – Раньше вдарил по столу – и все так, как сказал. А теперь сидят и спорят с тобой! Значит, так. Свадьбе быть. Славу твою по всем законам за тебя выдадим! Негоже моему племяннику бумажками жениться. Это же на всю жизнь, Давид!

— Я и так ее не спросил. Не могу не спросить еще и об этом, – улыбнулся я. – Кто этот Роварский, расскажи лучше.

— Наследник очень влиятельной семья, Давид. Метит на мое место уже давно. – Рустэм подался вперед, понизив голос. – Поэтому, честно говоря, я с удовольствием сегодня орал на них всех. Еще и лично сейчас поеду наору.

Я улыбнулся шире, но веселиться повода не было.

— У них был сговор с матерью Славы. Мою девочку хотели за что-то Роварскому продать. Ру… У нее выдающиеся способности. Ты должен знать.

— Какого рода способности? – прищурился он.

— Такого, что она может попасть под статью о новом виде, – прямолинейно посмотрел в ее глаза. – И я боюсь, что Роварскому ее способности нужны…

— Давид, подробней.

— Слава может управлять событиями так, чтобы достигать поставленных целей, – медленно заговорил я. Казалось, я хожу сейчас по минному полю. – Но механизм сложный. Сейчас утверждает, что дар ей изменил.

— Ничего себе! – искренне изумился Ру. – Слышал я о таком. Но ни одной зарегистрированной ведьмы у нас нет.

— Нет. И она не должна стать первой.

Мы замерли, глядя друг другу в глаза. И он, наконец, понимающе кивнул. А у меня отлегло. Я не мог не сказать Рустэму о даре Славы. Он прикрывал меня в этом деле. Поэтому знать должен.

— Я пойму, если решишь на этом больше ничего не знать.

— И снова прошу тебя прекратить пренебрегать родственными связями, Давид. – Даже не задумался. А я и не сомневался, что не бросит. – Ты знаешь, как я тебе должен…

Я знал. Хотя мог приказать ему забыть об этом долге. Но Ру не забудет.

Несколько лет назад я избавил его сына из наркозависимости. Никто не имел на подростка влияния. Ру пришел ко мне слишком поздно. Но, к счастью, мне удалось найти подход к его наследнику, и сейчас Рамаил учился на последнем курсе юридического и уже имел выдающуюся практику. А тогда стоял одной ногой за решеткой, а второй в могиле.

Наверное, мне несложно было понять кого-то в отчаянии, потерявшего связь с миром. Только Рамаил выбрался из этого болота, а я просто научился находить твердую почву в бесконечной туманной зыби.

Но теперь пришло время и мне просить о помощи. Иллюзий, что я все могу сам, давно не питал.

— Мне не хочется, чтобы у кого-то появился повод поставить твой авторитет под сомнение.

— Сделать вид, что я ничего не знаю, несложно. Но и не отдать Славу Роварскому мы имеем полное право. Только про условие не забывай.