Книга Моя дорогая ведьма. Не целуй ведьм перед смертью, страница 10 – Марьяша Ришелье

— Вспомнила, — эхом повторил я.

— Да. — Она посмотрела на меня в упор. — И вспомнила, почему вообще изначально просила убить. Потому что других вариантов нет, Аракалл. Понимаешь? Нет.

Я молчал.

— А у тебя кинжалы есть, — продолжила она тихо. — Которые против таких, как я. Раз — и решат проблему.

В груди закипало. То самое чувство, которое я испытал утром, когда не нашёл её в кровати. Ледяной ужас пополам с яростью.

— Нет, — отрезал я.

— Что — нет?

— Нет, я не буду тебя убивать. И кинжалов ты не получишь. И никаких других способов покончить с собой тоже. — Я подался вперёд, оказавшись почти вплотную к ней. — Ты меня слышишь, моя дорогая? Я не дам тебе умереть.

— А если он умрёт? — выдохнула она. В её глазах блестели слёзы, которые она отчаянно пыталась сдержать. — Если из-за меня... из-за того, что я живу... он умрёт?

— Тогда мы найдём способ спасти и его, — твёрдо сказал я.

— Нет способа!

— Значит, придумаем.

— Аракалл, ты не понимаешь! — Она ударила кулаком по одеялу. — Это не какое-то там бытовое проклятие, это древняя магия! Кровь! Рок! Это не снимается!

— Всё снимается, — возразил я. — Вопрос времени и ресурсов.

— Времени нет! Неделя!

— За неделю можно многое успеть.

— Например? — Она с вызовом посмотрела на меня.

Я задумался. Честно — идей у меня пока не было. Но признаваться в этом не собирался.

— Например, для начала — узнать, кто этот твой мужик, — осторожно сказал я. — Потому что без этого мы даже не знаем, от чего отталкиваться. Может, он сам часть проклятия. Может, если его убрать из уравнения...

— Нет! — Она резко выпрямилась, и рубашка наконец-то съехала окончательно, но она даже не заметила. — Только не это. Если ты его тронешь... если с ним что-то случится по нашей вине... я никогда себе не прощу.

Я сглотнул.

— Ты так сильно его любишь?

Она замерла. Посмотрела на меня долгим, тяжёлым взглядом.

— Сильнее, чем ты можешь себе представить, — тихо сказала она.

Внутри что-то оборвалось. Больно. Глухо. Безнадёжно.

— Понял, — кивнул я, поднимаясь. — Тогда будем искать другой способ.

— Аракалл...

— Я сказал — найдём, значит, найдём. — Я не обернулся. Потому что если бы обернулся и увидел её в своей рубашке, с этими глазами, с этой болью, которую она испытывает не из-за меня...

Я бы не выдержал.

— Отдыхай, моя дорогая. Вечером начнём работать.

Я вышел из спальни, плотно закрыв за собой дверь.

И только в коридоре позволил себе прислониться спиной к стене и закрыть глаза.

Сильнее, чем я могу себе представить.

Ну конечно.

Потому что она любит не меня.

А я, идиот, люблю её.

Вот такая ирония судьбы, достойная самого извращённого проклятия.

Я вернулся в спальню через полчаса.

С планом. Примерным. Сомнительным. Но лучше, чем ничего.

Карамэ так и сидела на кровати в моей рубашке, поджав ноги, и смотрела в окно. Вид у неё был такой, будто она мысленно уже прощается с жизнью. Меня это бесило. Бесило до скрежета зубовного.

— Так, — я плюхнулся в кресло напротив кровати, закидывая ногу на ногу. — Давай рассуждать логически.

Она повернула голову, глядя на меня с сомнением.

— Ты? Логически? Это что-то новое.

— Я вообще полон сюрпризов, моя дорогая. — Я осклабился. — Итак, для начала надо выяснить, отчего этот твой мужик решил в полнолуние скончаться и почему это связано именно с тем, что ты жива.