Книга Развод в 40. Я не прощу измену!, страница 32 – Николь Келлер

— Прости, что так поздно. Я не знаю, почему именно тебе звоню… Вернее, знаю. Мне больше некого попросить. Я пойму, если ты откажешь…

— Женя, успокойся. Выдохни. И конкретно скажи, что случилось. Я пока ничего не понимаю.

— Моя мама продала моего сына моему мужу, — сбивчиво тараторю, из последних сил сдерживая накатывающую истерику. — А он его боится — Володя ударил Кира. Я боюсь… боюсь, что он снова будет его бить. И я… я не могу без своего ребенка. Помоги мне его вернуть… Пожалуйста…

— Адрес, Женя. Я сейчас приеду.

Женя

Я прячу телефон в карман и принимаюсь делать самое сложное в этой ситуации — ждать. Зажимаю ладони между коленями, чтобы не тряслись, и смотрю строго в одну точку перед собой. Раскачиваюсь вперед и назад, мысленно умоляя высшие силы уберечь моего сына.

Александр приезжает через пятнадцать минут, показавшиеся мне вечностью.

Его кроссовер резко тормозит напротив подъезда, чуть заехав на тротуар. Александр выбегает из машины и присаживается на корточки напротив. Зачем-то ощупывает меня.

— Ты что, все это время здесь просидела? — хмурится, заглядывая в лицо. — Дурочка… Промокла вся, — босс растирает мои руки, хотя со стороны это выглядит, как будто он пытается выжать пальто.

Эта трогательная забота от практически незнакомого человека выбивает разом все пробки. Слезы льются градом, и из-за них я ничего не вижу.

— Не реви, Жень. Затопишь все. С этим природа справляется прекрасно и без тебя.

Александр осторожно тянет меня за руку и, как маленькую, ведет к машине. Открывает дверь и помогает забраться на пассажирское кресло. Быстро оббегает машину и запрыгивает за руль.

— Адрес?

На автомате называю улицу и номер дома, и босс вбивает сразу в навигатор. Также резко трогается с места, выруливая со двора.

— Замерзла? — Александр включает обогрев на полную, направляя на меня потоки теплого воздуха. — Ты вся дрожишь.

Опускаю голову и смотрю на ходящие ходуном руки.

— Это не от холода.

Александр закидывает руку за мое сидение и через пару секунд на мои колени опускаются бутылка с водой и влажные салфетки.

— Тебе нужно успокоиться и привести себя в порядок.

— Ужасно выгляжу, да? — грустно растягиваю губы в подобие улыбки.

— Ровно так, как мать, у которой незаконно отобрали ребенка, — босс с силой сжимает руль, до скрипа кожи. — Тебе нужно взять себя в руки. Ты должна быть сильной, спокойной и уверенной в себе. Да, это сложно. Но нельзя, чтобы твой муж увидел тебя в таком состоянии. Именно этого он и добивается. Ты должна выглядеть так, как мать, которой безоговорочно можно доверить ребенка.

Киваю и молча выполняю то, что велено. Выпиваю полбутылки воды, выдыхаю. Открываю козырек и стираю салфетками размазанную косметику.

— Как так вообще вышло? — Александр отрывается от дороги и рассматривает меня с ног до головы.

Заливаюсь краской, становлюсь краснее рака. Отворачиваюсь к окну, не зная, куда деть руки.

Мне стыдно. Изменил и выставил за дверь муж, а стыдно почему-то мне. Наверно неудобно признаваться успешному человеку, что к своим сорока годам я не состоялась как личность, и у меня ничего нет за душой. Что я неудачница, и не смогла в человеке, с которым прожила двадцать лет, разглядеть тирана и сволочь.

— Все банально: муж изменил, завел любовницу моложе на пятнадцать лет. Я узнала, а на меня и сына подняли руку. Я не стала терпеть подобного и ушла. А сейчас муж манипулирует ребенком. Чтобы я вернулась — у него важная сделка на носу, и развод ударит по его репутации.