Онлайн книга «Воронка. Спаси меня»
|
Вика кивает. Но я, на свою голову уже включил философа: — Пусть 28 августа станет днем, когда ты избавляешься от всего балласта, ненужного, грязного. — То есть моя любовь может быть только ненужным балластом? Вот как мою мысль можно было извратить до такой степени? Воистину, мужчины с Марса, женщины с Венеры. — Викусь, ты так много говоришь сегодня об августе и о своем муже. А может, ты до сих пор его любишь, а? Вспышка ревности всего на мгновение ослепляет мозг, заполняет сердце, но тут же уходит — Вике я доверяю. Но в ту минуту я понял, насколько мучительными бывают переживания ревнивцев. До этого, кажется, мне и в голову не приходило ревновать кого-то. — Нее-т, тогда любила Славика, сейчас нет, — ставит точку в этом вопросе Вика. И через минуту добавляет: — А молоко? — Что молоко? — не понимаю ее. Вика терпеливо, как ребенку объясняет: — Молоко убежало, ушло от меня. Именно сегодня. А ведь молоко белое, чистое, оно не балласт. Тогда какой это знак? Хочу сказать, что это знак того, что мы сегодня оба безрукие и нервные, но сдерживаюсь. Я ведь многого о ней не знаю. Возможно там, в плену у «Воронки» она, чтобы не сойти с ума искала символы, знаки судьбы, находила в них утешение. С женщинами же такое бывает? Поэтому набираю в поисковике запрос и вслух зачитываю ей ответы: — Ну вот, слушай, Вик. В Японии убежавшее молоко может означать отдельную часть пути, урок, который нужно усвоить, чтобы идти дальше. Подходит нам? Еще как, правда? Мы сегодня поставим точку над историей с «Воронкой» и пойдем дальше. Или вот эта символика мне очень нравится: «Иран. Молоко в этой стране означает плодородие и семейное счастье. Убежавшее молоко не считается негативным знаком, а подчёркивает важность семейных уз» Это я тебе, Викусь, на будущее наше намекаю кстати. И вот еще экзотика: «Во многих африканских культурах молоко символизирует жизнь и жизненную силу. Убежавшее молоко может означать, что человеку нужно быть более сосредоточенным и морально сильным». Удивительно, но Вика не смеется, а сосредоточенно слушает: — Мне все варианты нравятся. Успеваем позавтракать пирожками. Вика делает несложную прическу, мажет губы гигиенической помадой и мы выходим. Держу ее за руку. Крепко. Десять минут поездки, и мы на месте. Сколь бы длинным не было сегодняшнее наше утро, в зале суда время течет еще медленнее. По работе я редко бываю на судебных заседаниях, но почему-то всегда тут пахнет старой древесиной панелей, бумагой досье, немного — пылью. Люди всегда сосредоточенные, говорят шепотом, никто не смеется, изредка кто-то меняет позу, заставляя стул скрипеть. Кажется, чувствую, как Вика встрепенулась, когда в зал вошла судья — серьезная тучная женщина сорока лет. Тишина в зале становится еще более осязаемой, каждый жадно ловит решающие слова, окончательный приговор: — Рассмативая материалы уголовного дела № 14-289/2025, суд приходит к следующим выводам. В ходе судебного следствия достоверно установлено, что подсудимый, Панфилов Максим Олегович, действуя умышленно и с прямым умыслом, на протяжении более чем трех лет осуществлял руководство преступным сообществом, созданным для систематического совершения тяжких и особо тяжких преступлений…». Судья зачитывает решение более часа. С указанием статей, доказательств, отягчающих обстоятельств. |