Книга Управляемый хаос, страница 76 – Нина Князькова

— Мы в суд подадим, – выкрикнула, как ни странно, моя мама.

— Как бы на тебя в суд не подали за украденные сережки, – не стала терпеть я.

— Точно, – согласилась со мной тетя Маша. – А еще вы приписали к себе две сотки земли, когда забор переносили.

— Тебя вообще не спрашивали, – прошипел мой отец. – Вы ночью два куба досок в пилорамы вывезли, приплатив сторожу.

— Так вот кто доски украл? – Возмутился… владелец этой самой пилорамы.

— Ой, тебе ли выть. У тебя жена с «Топинамбура» годами таскала овощи и ни за что не платила!

— А ты замолчи. У тебя сынок неделю назад чужую машину украл и разбил…

— Чья бы корова мычала! Кто из аптеки рецептурные лекарства из-под полы продает?

— Ты вообще пять лет назад у бабулек по ночам картошку выкапывал и продавал!

— А ты барсетку украла с деньгами в двадцать лет. Тебя родители еле отмазали…

— А ты…

— Идем отсюда, – шепнул мне Демид и потянул к выходу, кивнув Копатычу.

Веревкин поспешил за нами. Выйдя на улицу, он вынул из кармана пиджака платок и вытер лоб, хотя это было бесполезно, так как сверху уже накрапывал дождик.

— Родственники у тебя просто атас, – выпучил он глаза.

— Знаю, – грустно выдохнула я.

Откуда-то из-за здания выбежала Ника.

— Я наряд вызвала. Они там драться начали. Охрана разнимает. В общем, половину уголовных дел в Анютинском за сегодня закрыли, – хихикнула она и резко развернулась, уловив что-то непонятное.

Я лишь увидела смазанное движение от парня, вышедшего из-за трансформаторной будки метрах в двадцати от нас, как Демид выверенным движение вдруг выхватил пистолет и выстрелил два раза. Я только успела Пашке глаза закрыть, глядя, как на свеженький асфальт падает незнакомый мне парень.

— Пудин? Снова меня преследуешь? – Подскочила к нему Ника, пнула подальше пистолет парня и, вывернув ему простреленное плечо, заковала руки в наручники. – Тебя папа предупреждал! Тебе я нос ломала! Сколько можно за мной ходить? Ты на кой черт пистолет вообще взял?

— Ты ни с кем не будешь, кроме меня! – Просипел несостоявшийся убивец.

— Маниакальное желание обладать, – припомнила я диагноз. – Сначала в дурку, потом за решетку.

— Видимо так и придется сделать, – вздохнула девушка и улыбнулась, услышав звуки сирен.

Демид

— Езжайте, я тут сам все доделаю, – Копатыч пожал мне руку на прощание и повернулся к ПАЗику, куда сейчас грузили кричащих и пытающихся подраться родственников Лии. – Угораздило же…

Я усмехнулся. Горе-преследователя Ники уже увезли, так что девушка сейчас о чем-то тихо переговаривалась с моей женой. Павел стоял рядом со мной и с тоской во взгляде смотрел на свою родню, которая сейчас вела себя крайне непотребно.

— А их отпустят? – Тихо спросил он, когда последнюю дородную тетку, кричащую громче всех, удалось упихать в автобус.

— Кого-то отпустят, – пожал я плечами. – Но многие тут не на одну статью себе наговорили. И как Лия с ними жила? – Задался я вопросом.

— Плохо жила, – вздохнул ребенок. – Детей в этих семьях совсем жалко. Мне с бабушкой Агафьей лучше жилось, чем им в полных семьях.

Я кивнул, принимая к сведенью такое объяснение. Интересно: возможно ли компенсировать Лие такое детство, или с этим ей придется жить всю жизнь? Наверное, об этом стоит поговорить с ее лечащим врачом. Навредить жене не хотелось даже случайно.