Книга Десять писем, страница 92 – Лия Аструм

Джеймс не захотел ехать с нами. Хорошее настроение к нему так и не вернулось, несмотря на то, что Мур в красках и с чувством профессионального долга рекламировал ему остаток вечера.

— Боже, Эван, – хихикала Трис, – как тебя терпит Майкл? Как ты вообще прошёл собеседование у мистера-серьёзность?

— Через постель, – с лицом, будто признался в самом страшном грехе, ответил он.

— Что?! – Глаза подруги в очередной раз лезли на лоб.

— Ну а как ты думала? – деловито продолжил он. – Умных полно, а вот находчивых и предприимчивых – нет. Всем успешным людям со временем жизнь приедается, и нужно их чем-то впечатлять. Я не растерялся.

— Господи, Эван, ты заткнёшься или нет? – влезла я и, повернувшись уже к подруге, твёрдо сказала: – Прекрати верить ему на слово.

— Какого хрена? – возмущалась она, пока Эван хохотал как ненормальный.

— Я расскажу всё Майклу.

В ход пошли угрозы.

— Не смей! Он меня уволит, несмотря на моё призовое место за гетеросексуальность в этой стране.

— Так тебе и надо.

От перепалки меня отвлёк вибрирующий в сумке телефон. Звонила Сидни.

— Привет. Прости, что отвлекаю, но Клэр сломала руку. Я так и знала, что её лыжи сведут меня в могилу. Я несколько раз просила её не кататься перед выступлениями, но кто же меня послушает? – тараторила она мне в трубку. – Может, ты уже освободилась и можешь подменить её? – с надеждой в голосе закончила она.

— Даже не знаю, – неуверенно протянула я.

Мне хотелось выступить. Откуда взялись сомнения?

— Пожалуйста! – взмолилась она. – Я уже всех обзвонила. Ты же знаешь, что вчетвером не получится тот элемент. Не хочу его убирать.

— Напомни название клуба. —

Ребята сразу прервали спор и с интересом посмотрели на меня.

— «Версаль». В одиннадцать выступаем. Я сама заберу твой костюм из студии. Главное – приезжай!

— Хорошо. Я буду. – И отключила вызов, чтобы не оглохнуть от радостного визга Сидни.

— Нам нужно в «Версаль», – обратилась я к Нейту, который был за рулём. – У нас с девочками там сегодня выступление.

Эван радостно присвистнул.

— Детка, думаю, после твоих скачек на этих убийственных каблуках, ты точно проснёшься завтра утром не одна.

«Если Алекс не свернёт мне шею раньше, чем закончится танец», – подумала я, не решаясь спросить у Нейта, а куда, собственно говоря, уехал мой брат.

Как только мы зашли в клуб, я сверилась с часами. У меня оставалось ещё тридцать минут на то, чтобы переодеться и разогреть мышцы до начала выступления. Я прошла к гримёрке, которую нам щедро выделил хороший друг Сидни, и, по совместительству, владелец клуба Кристофер. Мы с девочками догадывались, что их связывали далеко не дружеские отношения. Забирая её с очередной тренировки, он всегда старался уложить свою руку на выпуклые части её тела, а она в ответ заигрывающе хлопала своими наращенными ресницами и соблазнительно улыбалась. Что я и наблюдала прямо сейчас. Завидев меня, она оторвалась от своего «друга» и, затащив меня в гримёрку, вручила в руки костюм и стрипы.

Я разогрелась вместе с остальными, сделав небольшую растяжку под монотонные напутствия нашего неугомонного наставника, от которых уже пульсировало в голове, и переоделась. Комбинезон из чёрного велюра с открытой спиной обтянул меня словно вторая кожа. Чёрная кожаная маска с небольшими ушками, закрывающая только верхнюю часть лица, придавала моему образу по-настоящему животный вид. Зелёные глаза в зеркале источали дикость и непокорность, а невероятной высоты каблуки делали меня выше сантиметров на двадцать. В этом костюме было довольно легко вжиться в образ грациозного хищника из семейства кошачьих.