Книга Десять писем, страница 191 – Лия Аструм

— Поэтому не думай, что мне всё равно. Мне плохо. Но я справлюсь. Гораздо больше я беспокоюсь о тебе. Расскажи мне всё. Я прошу тебя.

Нервно теребя узел халата, я тяжело сглотнула. Он прав, сколько можно всё держать в себе?

— Хорошо, – с трудом выдавила я. – Что ты хочешь знать?

На какие-то пару секунд он прикрыл глаза, словно собирался с мыслями, а затем:

— Когда это началось?

Простой вопрос. Возьми себя в руки.

— В первую годовщину её смерти. Мне было двенадцать. Он долго пил в своём кабинете, а затем пришёл ко мне в комнату, дальше ты знаешь.

Маска отклеилась моментально. В глазах появился стальной блеск, губы сжались в тонкую линию, а нервно ходящие по кругу желваки, казалось, могут прорвать кожный покров.

— Когда закончилось?

— Последний раз был в пятнадцать. Он полгода меня не трогал, а после моего шестнадцатого дня рождения, полез ко мне снова. На кухне. Ты тогда уехал куда-то с друзьями на все выходные, и, не знаю… в моей голове что-то перемкнуло. Я воткнула ему нож в руку и резко дёрнула вниз. Крови было очень много. Он вызвал своего личного врача, рану зашивали. После этого он ко мне больше не приближался.

— Тот шрам на руке…

— Да, – подтвердила я его догадки.

— Почему ты не рассказала мне?

— Ты меня ненавидел.

— До твоих четырнадцати между нами не было ненависти. Почему ты не рассказала сразу, после первого, второго раза?

— Я хотела. Но Ричард был великим манипулятором. Он давил на мои чувства к тебе. Говорил, что ты не поверишь, а даже если и поверишь, то сразу от меня откажешься. Посчитаешь меня грязной, маленькой соблазнительницей, разрушившей вашу семью. И самая главная угроза была в том, что, если я открою рот, он отправит тебя в другую страну на долгие годы, и я никогда тебя больше не увижу. Останусь с ним, вдвоём. А я не хотела, чтобы ты уезжал. Только благодаря твоему присутствию я не наложила на себя руки. К тому же, не было толком никаких доказательств. Он меня не бил. А девственность… В моей медкарте стояло, что она на месте. Молчание дорого стоит, но оно покупается, как и всё в этом мире. Ты бы ничего не смог сделать против него. Тебе самому было всего шестнадцать.

Алекс в упор смотрел прямо на меня, ни на секунду не отводя взгляда. И я судорожно обхватила себя руками, чтобы создать некий защитный кокон от столь пронизывающего с отблесками настоящей боли взгляда.

— Он специально относился к нам диаметрально противоположно. Мне спускал всё с рук, чтобы увеличить шансы на моё молчание и наказывал тебя, чтобы в корне изменить твоё тёплое отношение ко мне. Он не хотел, чтобы мы сближались. Он боялся. Он держал нас обоих под пристальным наблюдением. Постоянно. Чтобы в случае чего сразу же вмешаться. У нас не было шансов. Никогда.

Я вымученно улыбнулась. Ричарду даже после смерти стоило аплодировать стоя. Эти несмолкающие овации в моей голове, уверена, были слышны и на том свете.

— Как ты нашёл меня? – Я не стала сразу спрашивать про Нейта, вдруг это всё-таки не он.

— Элфорд дал адрес.

Я вздохнула. Предатель.

— Что он тебе рассказал?

— Всё.

Я удивлённо округлила глаза, до конца не понимая, что входит в это «всё».

— Всё – это…?

— Всё – это значит всё, Вивиан. Прекрати ходить кругами.

— Тогда ты знаешь про флешку, – пробормотала я.