Книга Иллюзия падения, страница 195 – Лия Аструм

Хватаю телефон и набираю номер Рио – недоступен. Убеждаюсь в этом трижды, прежде чем перейти в телефонную книгу и выбрать контакт Миллера. Отправляю вызов и тут же скидываю.

«Тише, Эван, спокойно». – Закрываю глаза. Глубокий вдох–выдох. Вдох–выдох. Терапия ни хрена не успокаивает, но хотя бы помогает разуму пробраться сквозь эмоции.

Зачем звонить Алексу? Чтобы он дал адрес Зенона, а я поехал и пристрелил его? Чтобы сорвалась сделка, которой Миллер только и ждёт? Чтобы что? Что я хочу от него? Чтобы он проникся моей историей и сказал, что ему нахер не нужны миллиарды, а лишь моё личное счастье? Что из этого сделает Александр Миллер?

Ответ один – ничего.

“Думай, Эван. Мозг – самое действенное оружие! Не деньги, не власть – мозг!”

Бросаюсь к комоду, выкидываю из него всё ненужное и отыскиваю на самом дне толстый блокнот. Порывисто сажусь на диван, сношу со стола всё лишнее и начинаю строчить. Зачёркиваю, дополняю, составляю столбцы и обвожу самое логичное.

Меня колошматит. Всего. Даже внизу, где-то в ступне, колотится вена. Рука трясется. В ушах до сих пор стоят рваные хрипы. Перед глазами – раскачивающееся в такт чужой воле тело. Тело, которое нужно ласкать, гладить, целовать. А не иметь так… по-животному.

Не могу сдержать эту лавину мыслей. Вскрываю пачку сигарет. Курю. Беспрерывно. Одну за другой. Пот капает на бумагу, размазывает буквы. Первый лист разрываю, второй – сметаю. За окном светлеет, пепельница пополняется, а белки глаз высыхают до фактуры наждачки. Пол утопает в испещрённых клеткой листах – ворохе цифр и букв, что, словно муравьи, переползают с одной страницы на другую.

Решение кристаллизуется. Холодное, неумолимое, единственное.

Чёрт… Пальцы сжимают помятую пачку, губы сами выуживают сигарету. Последнюю. Сухой щелчок, и язычок пламени воспламеняет кончик. Глубоко затягиваюсь. Теплота фильтра, едкий треск табака. Запрокидываю голову на спинку дивана и выбиваю из легких плотную струю. Дым щиплет горло, в уголках глаз выступает зуд.

— Какого хрена, Эван? Тут дышать нечем!

Не сразу замечаю брата, вышедшего из спальни. Он размахивает руками, картинно кашляет и настороженно замирает посреди комнаты. Окидывает взглядом мой внешний вид, бардак и останавливается на пепельнице, заваленной окурками.

— Кто сдох? Если отец – я побегу заказывать торт.

Не отвечаю на шутку. Не могу. Делаю очередную затяжку, тошнотворную, но необходимую. Я бы выпил. Но в таком случае голова совсем омертвеет, а это последнее, что мне нужно.

— Ты меня пугаешь, – Реми подходит ближе, разглядывает кучу сваленной макулатуры и берет со стола лист. Финальный.

Читает. Я вижу, как с каждым пройденным словом его глаза становятся все шире, а затем и вовсе достигают непомерного масштаба. Вскидывается. Весь подбирается. Жду, когда заорет, что я спятивший, на всю голову шизанутый ублюдок.

— И как ты собрался это провернуть?

Что ж, Реймонд всегда был непредсказуем.

— Я не знаю, – обессилено зарываюсь руками в волосы и шиплю, забыв про зажатую между пальцами сигарету. Потираю обожжённую щеку и поднимаю взгляд на Реми. – Пока не знаю. Но я не вижу другой альтернативы. Совсем.

— Есть цель, нет плана. Такой расклад пахнет дерьмом, брат. И ты забыл об одной немаловажной детали, – он что-то дописывает на листе ручкой и кладёт передо мной.