Книга Барон Аминин и смерть в маскараде, страница 96 – Василий Загорский

— Связать их, – велела она своим приспешникам.

Лицо Терентия дрогнуло, но Аминин чуть заметно покачал головой. Держа надворного советника и его помощника под дулами пистолетов, разбойники быстро опутали их веревками и посадили на лавку, привалив спинами к бревенчатой стене.

— Однако, сударыня, позвольте один вопрос. – Несмотря на весь ужас происходящего, Аминин не терял самообладания. – Что с вами случилось? Что заставляет вас убивать невинных людей? Или ваши волхвы так заморочили вам голову, что вы тоже поверили в эти сказки про Антихриста?

— Это не сказки. – Полетика улыбнулась и неожиданно присела на край стола, совсем рядом с надворным советником. Черный бархат ее амазонки почти коснулся его лица. – Волхвы прозревают грядущее. И вы, как мне сказали, тоже не чужды этому знанию. А значит, вам тоже должно быть известно, что последний сын Пушкина станет родоначальником демонической ветви, а дальний его потомок уничтожит этот мир. Что скажете, Феликс Васильевич?

И, наклонившись к Аминину, она буквально уперлась в него взглядом. Тот даже бровью не повел.

— Скажу, что все верно, – медленно проговорил надворный советник. – Все так и будет, за одним только уточнением. Потомку Пушкина, рожденному от последнего его сына, действительно предназначена особая миссия. Вот только он не уничтожит мир, а спасет его.

Идалия Григорьевна вскочила со стола и топнула ножкой:

— Вы лжете! Все будет именно так, как говорю я, – волхвы не могут ошибаться.

Аминин только головой покачал.

— Ваши так называемые волхвы – мошенники и пустомели. Хуже того – они опасные убийцы, вдвойне опасные оттого, что имеют нечеловеческие знания. Опомнитесь, Идалия Григорьевна, опомнитесь и освободите нас, иначе они убьют вас, как вы убили несчастного мальчишку.

Бархатный голос его звучал сейчас особенно убедительно, и на миг Полетика даже поддалась ему. Несколько секунд она смотрела Аминину в глаза не отрываясь, потом вздрогнула, словно проснувшись.

— Не-ет, – протянула она, – нет. Вы искусный лгун, и я вам не верю. Тем более, спорить уже поздно. Настенька уже у меня дома, вскоре она умрет, а последний сын Пушкина так и не придет в этот мир.

Несколько секунд Аминин смотрел на нее без всякого выражения, потом вдруг улыбнулся.

— Вы, конечно, можете уничтожить Настеньку, но это будет самое глупое и бессмысленное убийство. Почему вы решили, что ее дитя – это последний сын Пушкина? У Александра Сергеевича есть законная жена, и у него с Натальей Николаевной могут родиться еще дети.

Губы у Полетики задрожали и разъехались в злорадную улыбку.

— У Пушкина больше никто не родится. Через два часа у него дуэль с д’Антесом – на Черной речке, близ Комендантской дачи. И вы прекрасно знаете, что это значит.

Надворный советник нахмурился: через два часа? Насколько ему известно, дуэль должна состояться только спустя два дня.

— Волхвы решили немного поторопить события. – На Полетику было страшно смотреть, такая мстительная радость отображалась в ее лице. – Так надежнее…

Аминин неожиданно спокойно покачал головой.

— Нет, – безмятежно сказал он, – этого не может быть.

— Почему же?

— Д’Антес не мог согласиться на дуэль с Пушкиным. Он дал мне слово не стреляться с ним, слово дворянина.

Полетика снисходительно пожала плечами.