Книга Пышка не для Дракона, страница 165 – Лиссбет Котцова

— Что?

— Что мне нельзя искать другой способ.

— Это решать вам.

Вот тут стало больно совсем по-другому.

Потому что я знала, чего ему стоит эта фраза.

Каэр боялся потери.

Усиливал контроль именно тогда, когда считал опасность высокой.

А сейчас я говорила о поиске способа разрушить собственную душу.

И он всё равно не приказал.

— Но вы хотите, чтобы я не искала.

Он молчал.

— Каэр.

— Да.

— Скажите.

Он подошёл на шаг.

— Я хочу, чтобы вы жили.

Просто.

Я сглотнула.

— Здесь.

— Где сможете жить.

— Даже если не с вами?

Его лицо стало жёстче.

— Даже тогда.

Вот он.

Главный страх Каэра и мой главный вопрос в одном ответе.

Не удерживать.

Я отвела взгляд.

— Я тоже хочу жить.

Сказала тихо.

Почти удивлённо.

Но это оказалось правдой.

— Сегодня поняла.

Каэр не двигался.

— Я хочу домой.

— Знаю.

— Очень.

— Знаю.

— И если появится безопасный способ…

— Вы сможете решить.

— Да.

Я выдохнула.

— Но я не позволю убить себя ради неизвестного шанса.

Он закрыл глаза.

На секунду.

Только на секунду.

Потом снова посмотрел.

— Хорошо.

Никакого торжества.

Никакого облегчённого объятия.

Он понимал, что решение жить здесь не равно выбору его.

И именно поэтому я вдруг захотела, чтобы он подошёл.

Не истинный отклик.

Не страх остаться одной.

Я.

— Каэр.

— Да?

Слова застряли.

Я вообще плохо просила о помощи.

На работе предпочитала сама решить проблему, потом пожаловаться на усталость и только после понять, что можно было поручить половину задач другим.

С людьми было хуже.

Просьба означает зависимость.

Так я думала раньше.

Сейчас впервые увидела различие.

Зависимость не в том, чтобы иногда нуждаться в другом.

Зависимость начинается, когда другой получает право решать за тебя потому, что однажды помог.

Каэр такого права не требовал.

Значит, я могла попросить.

— Не уходите сегодня.

Он стал совсем неподвижным.

— Вы уверены?

— Да.

— Вера…

— Я не прошу ничего исправлять.

Голос снова дрогнул.

— И не хочу говорить о расследовании.

Он кивнул.

— Хорошо.

— Просто…

Я закрыла глаза.

Очень трудно.

— Побудьте со мной.

На этот раз Каэр подошёл.

Медленно.

Остановился передо мной.

Не обнял.

Ждал.

Я сама протянула руки.

И он сразу понял.

Сел рядом.

Я прижалась к нему.

Не красиво.

Не соблазнительно.

Просто уткнулась лицом в плечо и обхватила за талию.

Каэр обнял.

Сильно.

Но не так, чтобы нельзя было отстраниться.

Я знала, что могу.

И поэтому не хотела.

Несколько минут ничего не происходило.

Я слушала его дыхание.

Чувствовала тепло.

Ровное биение сердца.

Драконье сердце в человеческом теле.

Живой мужчина рядом с живой мной.

Слёзы снова появились.

Каэр не вытирал.

Не просил успокоиться.

Просто держал.

Я подумала, что это, возможно, самая интимная вещь, которую мы делали.

Не ночь в его постели.

Не первый настоящий поцелуй.

Не обнажённость.

Позволить другому человеку увидеть меня в момент, когда я не контролировала ничего.

И не попытаться тут же вернуть контроль.

— Маму зовут Ирина, – сказала я ему в плечо.

Рука на моей спине чуть сдвинулась.

— Я помню.

Конечно.

Я рассказывала.

Но сегодня хотела сказать снова.

— Ей шестьдесят два.

— Да.

— Она всегда звонит в воскресенье.

Голос стал хриплым.

— Если я сама не позвоню.

Каэр молчал.

— Папу Павел.

— Я помню.

— Ему шестьдесят пять.

Я закрыла глаза.

— Он повесил кривую полку.