Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 142 – Юлия Жукова

— Ладно, – говорю я, отсмеявшись. – Пожалуй, дальше и без меня разберетесь, а мы с Алэком в гости поехали.

— Как? – выпаливает Алтонгирел с потерянным видом. – Куда? Ты меня одного с детьми бросишь?

— Мы не дети, – возмущается Кир. – Не волнуйтесь, я найду, куда их пристроить.

— Хос, а где твои телохранители? – спрашиваю.

— Один в коридоре, другой отдыхает, – объясняет Хос, старательно выговаривая сложные слова. – Они по очереди будут меня караулить.

— Ну вот, Алтонгирел, ты не один, – усмехаюсь я. – А если что, Эцагана позовешь на помощь.

Духовник шипит себе под нос что-то непечатное, потом с видимым усилием напускает на себя независимый вид.

— Разберусь как-нибудь и без него. Айша, ты пойдешь со мной, мне нужно ознакомить тебя с приспособлениями, с помощью которых обычные духовники управляют предметами и людьми. Тебе нужно учиться смирять свою силу, иначе говорить так и не сможешь.

Айша живо кивает, хотя, по-моему, Алтонгирел все это сказал скорее самому себе, чтобы заставить себя снова заняться неприятным делом.

Мы с Янкой колесим по пригороду, подпрыгивая на буераках. Алэк, сидящий у нее на коленях (в муданжском автопроме никто никогда не слышал про детские сиденья), каждый раз на ухабе подлетает в воздух на пару сантиметров и ужасно радуется. Яна рассматривает его под разными ракурсами и периодически вздыхает.

— Чего страдаешь? – интересуюсь.

— Да вот думаю, не завести ли и мне такую игрушку, – усмехается она, ловя мелкого после очередного прыжка на колдобине.

— Замуж выходить придется, – напоминаю я. – Это ж Муданг…

— Вот в том-то и беда, – снова вздыхает Янка. – Если б не замуж, и вопроса бы не было. А так стремно, у них же тут на всю жизнь это дело… Мало ли, вдруг он превратится в тыкву?

— Кто он-то? – в который раз спрашиваю я. – Мне хотя бы знаком?

— Знаком, знаком, – ворчит Янка. – Ты вообще могла бы и догадаться, я довольно условно шифруюсь.

Я задумываюсь на некоторое время. Кого я такого знаю, кто трепетный и в Янкином вкусе? Насколько я помню, мужики ей нравятся тихие и трудолюбивые, чтобы не очень бурно страдали от одиночества, когда сама Янка по уши в работе. Про кого-то мы с ней недавно говорили, я еще удивилась, что у нее есть его телефон…

— Ирнчин?

Яна многозначительно улыбается.

— Видишь, я так предсказуема.

— Тип твой, да, – хмыкаю я. – А как ты с ним сошлась?

— Так ты же ко мне его и отправила после ранения наблюдаться. А он к тому моменту уже который год никак не мог какую-то стерву поделить с другим мужиком. И тут я, вся такая рада его видеть, сладкой микстурки дам, массажик сделаю… Короче, он как-то вечером ко мне на осмотр пришел – и не ушел.

— И ты прям вот уже готова от него рожать? – интересуюсь я.

— Да это вообще не вопрос, такой генетический материал зря простаивает, жалко до слез! Но вот замуж я побаиваюсь… Он все-таки довольно дикий, хотя и покладистый. Еще с этой должностью в госбезопасности, мало ли, взбредет ему в голову что-нибудь доисторическое, так никто ему слова поперек не скажет. Я и за тебя-то в этом смысле переживаю, у тебя ж ваще Император, что хочет, то и творит.

— Мой интеллигент, – усмехаюсь. – Он, прежде чем творить, читает сорок книг и еще пару раз уточняет у меня, все ли он правильно понял.

— Да мой тоже вроде интеллигент, – кривится Яна, – да только уж очень муданжский. Например, дарит мне украшения с выгравированными стихами.