Книга Печать Забытой Эпохи, страница 93 – Эмбер Скай

Наемники вздрогнули, как от удара хлыстом.

Пятнадцать клинков мгновенно взметнулись вверх.

Головорезы синхронно развернулись на каблуках, вскинув щиты с нарисованными черными воронами, и уставились на меня.

Джулиан вскинул голову.

Его лицо — бледное, перекошенное от пережитого холода и выпитого бренди — на мгновение вытянулось от шока. Он ожидал увидеть меня плачущей в постели или забившейся под кровать в ночной сорочке.

А увидел Хозяйку.

Я стояла на галерее в своем строгом темно-сливовом шерстяном платье, с царственной короной каштановых кос, в центре которой ослепительно переливалась серебряная шпилька-сокол со звездными кристаллами. Шерстяная накидка мягко лежала на моих плечах, а взгляд карих глаз был настолько ледяным и спокойным, что стоявший впереди атаман Шрам невольно притормозил свой шаг.

— Верадель… — сипло, срываясь на визг, выдавил Джулиан, и в его глазах снова вспыхнул огонь загнанного в угол безумца. — Ты… ты думаешь, что можешь стоять надо мной и насмехаться?! Я привел пятнадцать лучших клинков Севера! Замок окружен! Твой любовник Кроуфорд сдохнет на дальней заставе, а ты… ты сейчас спустишься сюда на коленях!

Он шагнул вперед, потрясая пистолетом:

— Спускайся, сука! Подпиши генеральную доверенность и отдай ключи от казначейства! И тогда, может быть, я пощажу тебя и позволю жить в прислугах у Селесты!

Атаман Шрам — одноглазый верзила со шрамом через все лицо — сделал шаг вперед, перехватив двуручный палаш:

— Слыхала, графиня? Опускай мостки и открывай двери! Иначе мы сейчас вырежем всех твоих слуг, а тебя пустим по кругу прямо на этих теплых плитах!

Я даже бровью не повела.

Лишь уголок моих губ тронула едва заметная, горькая усмешка взрослой женщины, которая смотрит на безнадежно глупых, заигравшихся детей.

— Атаман Шрам, — ровно произнесла я, глядя прямо в единственное багровое око главаря. — Вы считаете себя опытным наемником, но ведете себя как слепой котенок. Оглянитесь назад.

Главарь нахмурился, не опуская меча.

— Ваш отвлекающий маневр провалился, — методично, словно читая лекцию, продолжала я. — Ваши пороховые обозы сожжены. Осадные лестницы на южной галерее разбиты в щебень. Треть ваших людей осталась лежать в сугробах с переломанными хребтами, а ваш фальшивый кристалл погоды разбит в пыль.

Я указала рукой на чистое синее небо:

— Метель ушла. Долина чиста. Через сорок минут конная лавина герцога Кроуфорда захлопнет перевал. А вы… вы добровольно залезли в глухой каменный колодец без единого пути к отступлению.

— Брешет баба! — взвизгнул Джулиан, брызгая слюной. — Шрам, не слушай ее! Руби двери!

Но Шрам не был идиотом. Он был волком, почуявшим, что железная пасть капкана уже захлопнулась на его загривке.

Он инстинктивно сделал полшага назад, к дренажному люку…

И в этот самый момент с чистого неба, разрывая воздух звуковым ударом исполинских крыльев, на двор рухнула многотонная гранитная тень.

БА-А-АМ!

Земля содрогнулась.

Прямо на чугунную крышку дренажного люка, расколов металл и запечатав шахту своим исполинским трехцентнеровым весом, приземлился Грими.

Каменный боевой дракон Первой Эпохи выпрямился во весь свой трехметровый рост.

Его базальтовые крылья с бритвенно-острыми чешуйками хищно расправились, заслонив половину двора. Из зубастой пасти с шипением вырвался сноп раскаленного добела пара, который с гулом растопил снег на карнизах, а обсидиановые когти на лапах с хрустом вонзились в камень, высекая синие искры.