Книга Печать Забытой Эпохи, страница 77 – Эмбер Скай

Изумрудный бархат моего платья закружился над полированным камнем, взметая серебряные блики.

В такт движениям в моих волосах мягко вспыхивала звездным светом серебряная шпилька-сокол, а кристаллы в ее глазницах ровно пульсировали синевой, сливаясь с магическим светом зала в единую сверкающую феерию.

Наши взгляды скрестились.

Рейнар смотрел на меня сверху вниз, не отрываясь ни на секунду. В его стальных глазах плясали отблески сотен свечей, и в этой глубине я видела свое собственное отражение — сияющую, уверенную в себе женщину с гордой посадкой головы и живым румянцем на щеках.

— Вы держались великолепно, Верадель, — негромко, так, чтобы слышала только я сквозь музыку вальса, произнес он. — Ваша выдержка при виде Моро… Ей позавидовали бы ветераны осадных полков.

— Зрелость, лорд Кроуфорд — это когда ты понимаешь, что лающая на обочине собака не заслуживает того, чтобы останавливать ради нее весь караван, — с легкой улыбкой ответила я, легко уходя в очередной плавный поворот. — Истерики — удел тех, кто не уверен в своих силах. А за мной стояли мои законы, мои люди и мой замок.

— И я, — тихо, но с железным весом добавил маршал, и его пальцы на моей талии на долю секунды сжались чуть крепче. — Не забывайте об этом, Вера. Вы больше никогда не будете стоять одна против этой своры.

По моей спине прокатилась волна пьянящего, сладкого тепла.

Я заглянула в его суровое, мужественное лицо, очерченное резкими скулами, и впервые за долгие годы почувствовала, как внутри окончательно тает последний ледяной осколок прежних обид.

Этот мужчина не обещал золотых замков и не пел серенад под балконом. Он просто встал рядом — несокрушимый, прямой, готовый закрыть собой от любого удара судьбы.

Музыка набрала крещендо.

Мы кружились в центре зала, разрывая пространство вихрем изумрудного бархата и черного сукна. Вокруг нас закружились другие пары — граф Дюран с супругой, маркиза де Валуа, молодые офицеры гарнизона, — но для меня в этот миг существовал лишь один человек, чье сильное сердце ровно билось под серебряным шитьем мундира.

Финальный пассаж скрипок взмыл ввысь и плавно опустился на глубокой, торжественной ноте.

Рейнар завершил танец безупречным, мягким кадансом, опустился на одно колено и запечатлел на тыльной стороне моей перчатки долгий, обжигающий поцелуй.

Зал буквально взорвался громом рукоплесканий.

Герцогиня Беатрис Сазерленд, стоявшая в первом ряду, победоносно постучала янтарной тростью о плиты, сияя улыбкой триумфатора.

Маршал поднялся, предложил мне согнутую в локте руку и с невозмутимым видом генерала, выигравшего главную битву кампании, повел меня сквозь расступающуюся толпу гостей.

Взгляды, которые провожали нас, были полны немого восхищения. Теперь ни один человек в этой империи не посмел бы усомниться в том, кто является истинной королевой этого вечера.

— Прошу вас, графиня, — Рейнар подвел меня к высоким стеклянным дверям в южном крыле зала. — Вам нужно сделать глоток свежего воздуха. Вы заслужили несколько минут тишины вдали от этих стервятников.

Он толкнул створку, пропуская меня вперед.

Мы вышли на застекленную южную террасу, нависавшую над скалистым обрывом.

Здесь было тихо, прохладно и удивительно спокойно.

Благодаря базальтовым термальным трубам под полом температура держалась комфортной, но сквозь широкие хрустальные витражи открывалась неописуемая, величественная панорама ночного Севера.